любую полезную инициативу и сами неистощимы на выдумку и смекалку. Добилась 
успеха одна штурмовая группа – ее опыт сразу становится всеобщим достоянием.

Не помогали противнику отчаянные контратаки. Это даже ослабляло его оборону, 
ибо каждая такая вылазка стоила ему очень дорого. Потеряв десятки солдат, он 
откатывался, а наши богатыри на плечах отступающих гитлеровцев врывались на их 
позиции.

1-я гвардейская танковая армия тем временем, опрокинув заслоны противника, 
достигла залива Путцигер-Вик. М.Е. Катуков повел свои танки вдоль берега бухты, 
чтобы ударить по Гдыне с севера. Вместе с танкистами выступали здесь и части 
19-й армии. На правом фланге фронта 2-я Ударная армия медленно, но верно 
теснила врага. Ее ударная группировка находилась уже в восьми километрах от 
южной окраины Данцига (Гданьска).

Наш сосед справа, 3-й Белорусский фронт, подошел к правому берегу Вислы, части 
его 48-й армии соприкасались с правым флангом нашей 2-й Ударной, а между ними 
образовался треугольник, занятый еще вражескими войсками. Враг крепко держался 
за этот клочок земли, который обеспечивал ему связь с Земландским полуостровом 
по косе Фриш-Нерунг. Как-то позвонил мне маршал А.М. Василевский, вступивший к 
тому времени в командование 3-м Белорусским фронтом вместо погибшего 
Черняховского.

– Зачем вы оттесняете на наш участок вражеские войска?

– Вы должны этому радоваться, – отшутился я. – Вам достанется больше пленных.

Признаться, нам тогда было не до этого лоскутка пустого побережья: шел 
завершающий этап Данцигско-Гдыньской операции.

Прорвав три линии вражеских укреплений, войска 70-й армии совместно с 3-м 
гвардейским танковым корпусом и частью сил 49-й армии утром 25 марта ворвались 
в Цоппот, в жестоких уличных боях очистили его от гитлеровцев и устремились на 
Оливу – предместье Данцига.

С выходом наших войск к Данцигскому заливу группировка противника была 
рассечена на три части: одна из них удерживала Данциг, вторая – Гдыню, третья – 
косу Путцигер-Нерунг (Хель).

Ликвидация гдыньской группировки была возложена на 19-ю армию и 3-й гвардейский 
танковый корпус. 1-я гвардейская танковая армия к этому времени выводилась в 
район сосредоточения: она возвращалась в 1-й Белорусский фронт. Преодолевая 
оборонительные сооружения противника, пехотинцы и танкисты подошли к городу и 
завязали уличные бои. 28 марта Гдыня была в наших руках. Остатки вражеских 
войск, бросая раненых и боевую технику, отошли на побережье севернее города.

В боях за Гдыню были полностью разгромлены четыре вражеские дивизии, восемь 
отдельных полков и двадцать батальонов различного назначения. Успевшие отойти 
на плацдарм севернее города остатки этой группировки (танковая дивизия, 
подразделения моторизованной и пехотной дивизий, артиллерийской бригады и шести 
батальонов морской пехоты) спустя несколько дней были тоже ликвидированы. Всего 
в районе Гдыни противник потерял 50 тысяч убитыми, 229 танков и самоходных 
орудий, 387 полевых орудий и более 3500 автомашин. Нашими частями было 
захвачено свыше 18 тысяч пленных, около 200 танков и самоходок, 600 орудий, 71 
самолет, 6246 автомашин.

26 марта войска 2-й Ударной и 65-й армий, в тяжелых боях прорвав неприятельскую 
оборону на всю ее глубину, подступили к Данцигу. Во избежание бессмысленных 
потерь гарнизону был послан ультиматум с предложением капитулировать: 
продолжать сопротивление бесполезно. В случае если ультиматум не будет принят, 
жителям рекомендовалось покинуть город.

Гитлеровское командование не ответило на наше предложение. Был отдан приказ 
начать штурм.

В освобождении старинного польского города Гданьск вместе с советскими войсками 
участвовала отдельная танковая бригада Войска Польского. Польские друзья плечом 
к плечу с нашими бойцами мужественно сражались с общим врагом.

Штурм мы начали одновременно с трех сторон. Борьба шла за каждый дом. Особенно 
упорно гитлеровцы дрались в крупных зданиях, заводских и фабричных корпусах.

Во время штурма в заливе снова показались вражеские корабли. Огонь их мощной 
артиллерии был внушительным и причинял нашим войскам много неприятностей. 
Пришлось отвлечь от участия в штурме значительную часть нашей дальнобойной 
артиллерии, состоявшей преимущественно из 122– и 152-миллиметровых пушек, и 
выдвинуть ее на берег. Хотя нашим артиллеристам не приходилось раньше стрелять 
по морским целям, били они довольно метко и заставили фашистские корабли 
держаться на значительном расстоянии от берега, что не могло не отразиться на 
эффективности их огня. А тут включилась в дело и авиация Вершинина. Штурмовики