| |
итальянских, так и из зарубежных источников. Сами лидеры ИСД утверждают, что их
партию поддерживают главным образом мелкие и средние промышленники и торговцы,
однако, безусловно, что основной поток финансирования идет от наиболее
реакционных слоев крупного капитала. Из итальянских монополистов в этом плане
итальянская печать не раз называла, например, имена владельца концерна
«Италчементи» Карло Пезенти и нефтяного магната Аттилио Монти 45. Показательно,
что принадлежащие этим промышленникам внешне «беспартийные» газеты «Джорнале
д'Италиа», «Ла Нотте», «Иль Рома» и «Ла Гадзетта дель суд» изо дня в день ведут
по существу неприкрытую неофашистскую пропаганду.
Но источники финансирования итальянских неофашистов, по общему мнению,
находятся и за пределами Италии. Так, например, журналы «Вие нуове» и
«Панорама» сообщали, что часть денег в кассы ИСД поступает из США через
«Континентал Иллинойс бэнк» и связанного с ним крупного американского
финансиста итальянского происхождения М. Спидона. Немалые средства поступают
также из таких европейских источников, как французский «Банк де Пари э де
Пеи-Ба», через который в свое время осуществлялось финансирование деятельности
ОАС в Алжире и наемников-колонизаторов в Конго. Другие органы печати не раз
писали о соответствующих поступлениях из Испании и Португалии 46.
Чем же объясняется то обстоятельство, что в конце 60 — начале 70-х годов весь
этот финансовый поток столь заметно возрос? Чтобы ответить на этот вопрос,
необходимо вспомнить о социально-политической обстановке, сложившейся в это
время в Италии.
Италия начала 70-х годов — одна из тех развитых капиталистических стран, где
социально-экономические противоречия проявились с особой остротой, а борьба
трудящихся против засилия монополий, за социальный и политический прогресс
отличалась высоким уровнем организованности, наступательным духом и широким
размахом. Этот период ознаменовался в Италии серьезным обострением
социально-политического кризиса и новым значительным подъемом рабочего и
демократического движения. В стране все более накапливались признаки кризиса
правящих кругов, что проявилось прежде всего в провале так называемого
левоцентристского правительственного курса — курса социального маневрирования,
рассчитанного в первую очередь на ослабление позиций компартии. Что же касается
подъема демократического движения, то он выразился и в крупном успехе
коммунистов на парламентских выборах в мае 1968 г., когда кандидаты ИКП собра-
___________________
45 «Panorama», 26.IV 1973, р. 41—42; «Unit?», 28.IV 1973, р. 3; 9.II 1974, р. 7.
46 «Vie nuove», З.Ш 1971, р. 8; «Panorama», 26.IV 1973, р. 42—45; «Unit?», 26.
IV 1973, р. 5.
515
ли более 8,5 млн. голосов (26%, или на 800 тыс. голосов больше, чем на
предыдущих выборах) 47, и в небывалом размахе забастовочной борьбы,
кульминационным моментом которого стали массовые стачки «жаркой осени» 1969 г.,
в осуществлении под нажимом массовой борьбы таких важных завоеваний, как
создание системы областного самоуправления и принятие некоторых важных законов:
реформы пенсионного обеспечения, устава прав трудящихся, закона о новой системе
земельной аренды в сельском хозяйстве.
В этих условиях, когда итальянское рабочее движение не только добивается
успехов в борьбе за жизненные интересы и права трудящихся, но и активно
выступает за радикальное преобразование экономической и социальной структуры,
наиболее консервативные группировки монополистического капитала Италии при
поддержке международной реакции предприняли попытку перейти в контрнаступление.
Стремясь овладеть положением и обеспечить укрепление буржуазного строя путем
резкого сдвига вправо, они взяли курс на всемерное нагнетание политической
напряженности, стремясь создать в стране обстановку, в которой было бы легче
нанести удар по рабочему и демократическому движению и отбросить его назад. В
этой стратегии напряженности нашлось место и для неофашистов. Именно в
создавшихся условиях правые монополистические круги Италии и других стран,
часть итальянского государственного аппарата и наиболее консервативные круги
христианско-демократической партии увидели в итальянских неофашистах удобное
орудие. Террористическая и провокационная деятельность наследников Муссолини не
только получила особенно щедрую поддержку части крупного капитала, но и
одновременно, как подчеркивал это в журнале «Ринашита» член Политбюро ИКП А.
Коссутта, нашла «прикрытие и попустительство в государственном аппарате, в том
числе и его самых ответственных и деликатных механизмах» 48.
Неофашизм получил, таким образом, в Италии новые возможности для развертывания
своей деятельности. Новый этап потребовал и других людей: не случайно летом
1969 г., после смерти А. Микелини, национальным секретарем Итальянского
социального движения вновь избирается Джорджо Альмиранте, известный
одновременно как опытный социальный демагог и человек, склонный делать ставку
на провокации и насилия.
Придя к руководству ИСД, Альмиранте, в течение многих лет возглавлявший
внутрипартийную оппозицию, выступавшую с жестких, непримиримых позиций, в
известной мере был вынужден воспринять некоторые тактические приемы Микелини.
Так, например, на съезде ИСД, состоявшемся в Риме в январе 1973 г., он произнес
речь, в которой преобладало то, что на итальянском
___________________
47 См.: История Италии, т. III, Приложение II.
|
|
