Характерно, что в письме другу от 20 февраля 1928 г. Вессель подчеркивал 
образцовую организацию венского национал-социалистического гау (в отличие от 
берлинского). По завершении своего венского семестра Хорст Вессель отказался от 
дальнейшего изучения юриспруденции и возглавил уличную ячейку (штрассенцелле) 
СА на берлинской площади Александерплац, входившую в состав 1-го штурма 
(батальона) 4-го штандарта (полка) СА, отличавшегося ярко выраженными 
социал-революционными настроениями.

       Среди других вождей штурмовиков молодой энергичный студент выделялся 
своим незаурядным талантом пламенного оратора-пропагандиста. 

       Так, например, 15 января 1929 г. Хорст Вессель на митинге в берлинском 
пригороде Фриденау посрамил в дискуссии всех выступивших против него ораторов 
из рядов Немецкой Национальной партии, после чего в разговоре с доктором 
Йозефом Геббельсом высказал свое разочарование недостатком активности членов СА.
 В тот день доктор Геббельс сделал в своем дневнике следующую запись: 

       «Я стою перед дилеммой. Стоит нам только начать проявлять в Берлине 
повышенную активность, как наши люди здесь камня на камне не оставят». 

       Они стали регулярно встречаться. В ходе этих встреч Хорст Вессель и 
Йозеф Геббельс обсуждали, прежде всего, отношения между НСДАП, Немецкой 
Национальной партией и «Стальным шлемом», а также вопросы 
национал-социалистической революции. Подобно Весселю, Геббельс не испытывал 
особого восторга по поводу провозглашенного вождем НСДАП Адольфом Гитлером в 
апреле 1929 г. официального партийного курса на сближение в буржуазной правой и 
перехода к парламентским формам борьбы: 

       «Надо же было такому случиться именно сейчас, когда необходимо, прежде 
всего, сохранить нервы. Это просто невыносимо. Как же много еще мещан осталось 
в нашей партии! Диктуемый нам из Мюнхена курс становится порой невыносимым. Я 
еще не готов к заключению гнилого компромисса. Я буду продолжать идти прямым 
путем, даже если это будет стоит мне моего личного поста и положения. Порой я 
начинаю сомневаться в Гитлере... Да и в группах СА возникают серьезные 
волнения». 

       После одной такой беседы с Хорстом Весселем, неустанно подогревавшим в 
нем национально-революционные настроения, берлинский гауляйтер решил 
самостоятельно, без санкции фюрера НСДАП, развернуть борьбу с 
«немецко-национальной реакцией», хотя Гитлер оставил направленный ему 
соответствующий запрос без ответа. 

       Развязанная Геббельсом кампания, и, прежде всего, участие берлинских 
национал-социалистов (возможно, по предложению вождя «левых нацистов» Отто 
Штрассера) во всенародном референдуме против принятия плана Юнга была 
воспринята мюнхенским Имперским руководством НСДАП как удар в спину. 

       По этому поводу «левый нацист» Бодо Узе (бывший фрейкоровец и 
единомышленник Хорста Весселя) заявил: 

       «Гитлер заставил молодые армии коричневорубашечников идти в одной связке 
с теми, кого мы каждодневно страстно обличали за то, что они своей страстью к 
наживе оскверняли имя нации, с преисполненными сословной спеси отвратительными 
ракообразными, вечно пятящимися назад! В решающий час, когда возникла 
необходимость перенести борьбу за пределы законодательного поля этого 
государства, он направил свои стопы на мирные пажити Веймарской демократии и, в 
компании прожженых авантюристов, для которых нация всегда была лишь ширмой для 
прикрытия собственных темных делишек, обратился к народу с неискренним, 
насквозь лживым вопросом. В тот момент, когда казалось необходимым совершить 
нечто опасное, Гитлер предпочел вести беспроигрышную игру. Он заключил союз с 
реакционерами и с недовольным капиталом». 

       Этот путь закономерно привел Адольфа Гитлера к участию в «Гарцбургском 
фронте» консервативных правых партий и организаций, к преследованиям левых 
элементов в рядах собственной партии и беспартийных национал-социалистов в 
период Третьего рейха. Кульминацией стала «Ночь Длинных Ножей» 30 июня 1934 г., 
в которую Гитлер, при помощи реакционной верхушки германского рейхсвера, 
полиции и СС – «Черного ордена» Генриха Гиммлера – учинил кровавую расправу с 
руководством штурмовых отрядов во главе со своим давним соратником Эрнстом 
Ремом, придерживавшимся национально-революционных взглядов и стремившимся к 
замене консервативного рейхсвера народной армией.

       С 1 мая 1929 года Хорст Вессель служил партии на посту командира 34-го 
«труппа» (взвода) СА, дислоцированного в берлинском рабочем предместье 
Фридрихсхайн. Он сделал это с целью вовлечь как можно большее число рабочих в 
национал-социалистическое движение. Под его руководством численность 34-го 
труппа СА в скором времени увеличилась настолько, что Вессель смог развернуть 
на базе своего отряда 5-й ««штурм» (батальон) СА, штурмфюрером которого он был 
назначен. Среди его штурмовиков было немало бывших бойцов прокоммунистической 
организации «Союз Красных фронтовиков» (Ротфронт) и коммунистов, что выразилось