которой его левая нога была искалечена взрывом артиллерийского снаряда союзного 
флота, что сделало Вульфа инвалидом, абсолютно непригодным к дальнейшему 
прохождению военной службы.
       
       Пауль Гауссер

       Пожалуй, самым знаменитым фюрером не только в истории дивизии СС «Дас 
Рейх», но и в истории всех Ваффен СС вообще может по праву считаться Пауль 
Гауссер, офицер-ветеран Великой войны, награжденный многочисленными орденами и 
знаками отличия. После ухода в отставку из рейхсвера в чине генерал-майора в 
1932 года, Гауссер был членом нескольких белых фрейкоров и организаций 
ветеранов Великой войны («Киффгейзербунда» и «Стального шлема»), а еще через 
два года вступил в части СС особого назначения. В рядах этой организации 
Гауссер начал свою вторую военную карьеру в качестве офицера, ответственного за 
превращение этого военизированного крыла Шуцштаффеля в военные формирования, не 
уступающие армейским частям по уровню организации, подготовки и дисциплины. В 
качестве инспектора первых трех полков будущих Ваффен СС, Гауссер постоянно был 
в тесном контакте со своими войсками, прозвавшими его «папаша (папа) Гауссер».

       После завоевания Польши «папаша Гауссер» свел полки СС «Дейчланд», 
«Германия» и «Дер Фюрер» воедино в дивизию, со временем снискавшую себе 
известность под названием 2-й танковой дивизии СС «Дас Рейх». Командуя дивизией 
в ходе операции «Барбаросса» он был тяжело ранен в боях на Бородинском поле и 
потерял один глаз. В результате командование дивизией было передано Вилли 
Биттриху, Гауссер же был награжден Рыцарским Крестом Железного Креста – одной 
из многочисленных наград, полученных им в ходе Второй мировой.

       На следующий год Пауль Гауссер стал командиром танкового корпуса СС и на 
этом посту продолжал отлично показывать себя на Восточном фронте. В начале 1943 
года он, ослу-шавшись приказа Гитлера «держаться до последнего», вывел свои 
дивизии из Харькова, вокруг которого Красная армия грозила сомкнуть кольцо 
окружения, и тем самым избежал судьбы Паулюса под Сталинградом. Затем он 
блестящим контрударом вновь овладел Харьковым и, вместо немилости фюрера, 
получил Дубовые листья к Рыцарскому Кресту Железного Креста. Год спустя Гауссер 
вновь отличился на поле боя, руководя успешным прорывом германских войск из 
«Фалезского котла» во Франции. К концу войны «папаша Гауссер» дослужился до 
звания оберстгруппенфюрера СС и генерал-оберста войск СС.

       Отто Дикман

       Ветеран целого ряда тяжелейших битв с большевиками на Восточном фронте, 
Отто Дикман дослужился до звания штурмбаннфюрера СС и командовал I батальоном 
полка СС «Дер Фюрер» в период пребывания дивизии СС «Дас Рейх» во Франции, в 
течение весны и лета 1944 года. Преданный и испытанный служака войск СС, один 
из немногих «зелёнах эсэсовцев», вполне исповедывавший «туманные» (по 
ироническому выражению Отто Скорцени) идеологические доктрины, столь же упорно, 
сколь и безуспешно навязывавшиеся им «чёрным иезуитом» Генрихом Гиммлером, 
Дикман с огромным энтузиазмом осуществлял антипартизанские операции в стране, 
принимая участие в экзекуциях гражданского населения, связанного с 
бандформированиями, с целью подавления движения Сопротивления. В июне 1944 году,
 при продвижении автоколонны дивизии СС «Дас Рейх» с целью помочь германским 
войскам генерал-фельдмаршала Эрвина Роммеля в Нормандии отразить натиск 
высадившегося там десанта западных союзников, через район города Монтобан, 
группа французских боевиков-«макизаров» похитила, а позднее убила его 
сослуживца, боевого товарища и доброго друга штурмбаннфюрера СС Гельмута Кемпфе 
(а не «Кампфе», как часто неправильно пишут!). 

       В ходе безуспешных поисков похищенного боевиками Кемпфе, Дикман привел 
свою 3-ю роту (состоявшую не только из «имперских немцев», но и из уроженцев 
французской провинции Эльзас) в небольшой городок Орадур-сюр-Глан. В ходе 
поисков Кемфе во многих словах, по утверждению участников обысков, были найдены 
тайные склады оружия и боеприпасов. Согласно приказу, отданному еще ранее 
германской военной администрацией на территории оккупированной Франции, дома, в 
которых были найдены оружие или взрывчатка, предписывалось немедленно сжигать. 

       После того, как его солдаты не смогли отыскать в городке захваченного 
боевиками Кемпфе, Дикман приказал им расстрелять все мужское население Орадура, 
а женщин и детей запереть в местной церкви, которую затем, по утверждению 
французских обвинителей, распорядился поджечь. По утверждениям немецкой стороны,
 церковь никто поджигать не собирался и не приказывал, но на неё перекинулся 
огонь от подожжённых домов, в которых стали рваться не обнаруженнын эсэсрвцами 
при обычске взрывчатка и боеприпасы. Поскольку над хорами церкви также 
находился склад боеприпасов, они взорвались, и церковь обрушилась, погребая под 
своими обломками находившихся в ней женщин и детей, которых не успели выпустить,
 причем рухнувшим в них обломком церковного здани