евских 
тигров» - увязли в ней по самую верхушку башни!». Удручённые транспортными 
проблемами, Зепп Дитрих и другие полевые командиры буквально умоляли ОКВ 
перенести начало операции «Пробуждение весны» на более позднюю дату, надеясь, 
что почва к тому времени просохнет, и их застрявшие в грязи танковые части 
вовремя успеют занять свои исходные позиции перед началом операции. Но все их 
просьбы были отклонены бюрократами в мундирах цвета «фельдграу».

       Хотя два мотопехотных полка, входившие в состав дивизии СС «Дас Рейх», 
получили пополнения, инструкторы и старослужащие за то недолгое время, что 
оставалось до начала операции, не успели обучить их всему тому, что они знали и 
умели сами. Мало того! Это вливание нового «человеческого материала» оказалось 
абсолютно несущественным, и дивизия так и не достигла полной численности к 
началу операции «Фрюлингс Эрвахен». Фактически 2-й батальон полка СС «Дейчланд»,
 в силу своей малочисленности, вообще не смог принять участие в начальном этапе 
наступления. В начале 1945 года казалось, что в Германии и ее странах-союзницах 
уже не осталось людей, готовых безропотно умереть за дело «Оси».

       2 марта все части дивизии СС «Дас Рейх» прибыли в район ее 
сосредоточения. Бездорожье и распутица, перемежавшиеся со снегопадами (но снег 
сразу же снова таял!), замедляли и осложняли подтягивание частей к линии фронта.
 Последние двадцать километров до передовой гренадерам «зелёных СС» вообще 
пришлось шлепать по грязи пешком, поскольку ОКХ не желая рисковать утратой 
элемента внезапности, распорядилось исключить скопление военной техники и 
автотранспортных средств в непосредственной близости линии фронта. Учитывая, 
что советское командование давно уже догадывалось о подготовке немцами 
контрнаступления в рйаоне Будапешта и, со своей стороны, соответствующим 
образом подготовилось к отражению германского контрудара, все принятые 
перестраховщиками из ОКХ меры предосторожности оказались совершенно излишними.

       При виде своих гренадёров, с трудом пробирающихся через сплошное море 
грязи, Вилли Биттрих, командующий II танковым корпусом СС, понял, что они никак 
не успеют добраться до своих исходных позиций к началу наступления, 
назначенному стратегами из ОКХ на утро 6 марта, упорно настаивавшим на 
соблюдении всех намеченных и предписанных ими и Гитлером сроков проведения 
операции. Как вспоминал позднее один из чинов артиллерийского полка дивизии СС 
«Дас Рейх», «в тот день (6 марта 1945 года – В.А.) мы провели мощную 
артподготовку наступления наших гренадеров. Но никакого наступления за нашей 
артподготовкой не последовало, потому что они еще не подошли к своим исходным 
позициям, так что мы, считайте, выпустили все наши снаряды зря – если, конечно, 
не считать того, что нашим артобстрелом переполошили и насторожили противника». 


       Пехотные части подтянулись на исходные позиции с опозданием на несколько 
часов и атаковали неприятеля лишь на следующее утро, после значительно менее 
мощной и менее продолжительной артиллерийской подготовки. Перед ними была 
поставлена задача выйти к берегам Дуная и создать плацдарм в районе 
Дунфуйфёльдвар-Дунауйпентеле. Из-за непролазной грязи гренадерам «зелёных СС» 
пришлось атаковать без поддержки механизированных частей дивизии. Несмотря на 
отсутствие танков и самоходных орудий, батальонам СС удалось прорваться через 
несколько линий траншей и захватить важную возвышенность.

       Но, по мере продвижения гренадеров СС у них на пути вырастало все больше 
свежих частей Красной армии, так что германское наступление стало терять темп, 
пока не было окончательно остановлено красноармейцами. В ходе атаки офицеры СС 
постоянно сообщали своим дивизионным и корпусным командирам, следившим за их 
продвижением с командных пунктов, что имеющихся у них в наличии сил ни в коем 
случае, даже при самом благоприятном варианте развития наступления, не хватит 
для осуществления операции «Пробуждение весны» в намеченном масштабе. Вильгельм 
Биттрих и другие высшие чины Ваффен СС исправно передавали полученные с поля 
боя сообщения дальше по инстанции – наверх, в ОКХ, откуда они шли еще выше – в 
ОКВ, после чего, возможно, ложились на рабочий стол самого фюрера (а может быть,
 и нет – кто знает? – что вождя напрасно раздражать или огорчать?). И в о