оружия свободы нашей новой Германии!»[112 - Цитируется по: Sie kampften fur 
Deutschland. Verlag des Ministeriums fur Nationale Verteidigung. Berlin, 1959, 
S. 167.]


Претворение в жизнь этого лозунга предоставило бы Германии с политической и 
военной точек зрения большие возможности. Национальная катастрофа была бы 
предотвращена, миллионы жизней сохранены, не были бы разрушены немецкие города. 
Мир получил бы доказательство того, что в самой Германии имелись мощные силы, 
которые покончили — хотя и поздно — с режимом и политикой Гитлера. Исходные 
позиции для мирного договора и строительства новой Германии были бы несравнимо 
более благоприятными, чем после дальнейших пятнадцати месяцев войны.

Напрасно! Правда, Национальный комитет «Свободная Германия» и Союз немецких 
офицеров были услышаны на германском фронте и частично в Германии. Безусловно, 
их слова предостережения вызвали раздумья, предохранили некоторых солдат и 
офицеров в безвыходном положении от смерти, опровергли хвастливые военные 
сводки фашистского генерала от пропаганды Дитмара и измышления Геббельса о том, 
что Советская Армия не берет пленных. Однако большого успеха достигнуто не было.
 Немецкий генералитет так же хорошо, как и руководство Национального комитета, 
понимал неотвратимость военного поражения Германии. Однако он следовал приказам 
Гитлера, будь то из фанатизма или от недостатка гражданского мужества.

Недостаток гражданского мужества, политическая неграмотность и другие наслоения 
прошлого в то время мешали и мне следовать своей совести и активно 
присоединиться к Союзу немецких офицеров. Так же как и генерал-майоры фон 
Ленски и Вульц, с которыми я подружился, я был согласен с целями Национального 
комитета. Но у нас имелись возражения против пути, по которому он шел; мы 
оказались в замкнутом кругу. Тем временем в начале сентября генерал-лейтенант 
Шлемер покинул лагерь Войково.

Для большинства из нас это не было неожиданностью. В плену Шлемер был всегда 
неразлучен с фон Даниэльсом. Мы называли их Макс и Мориц. Вероятно, оба 
генерала уже давно договорились о том, чтобы присоединиться к движению 
«Свободная Германия» и вступить в Союз немецких офицеров. Генерал Шлемер, 
кстати как и генерал фон Дреббер, в качестве гостя присутствовал на 
учредительном собрании Союза.




Другие генералы едут в Лунево


В начале осени стояла холодная и неприветливая погода. Лишь изредка удавалось 
посидеть на скамейке в парке. Ежедневные прогулки стали короче. Работа в саду в 
этом году также закончилась. Для того чтобы скоротать время, я вырезывал из 
дерева шахматные фигуры, портсигары, курительные трубки и другие вещи, 
доставлявшие маленькую радость то одному, то другому. Из картона сигаретных 
коробок были сделаны карты, так что в долгие вечера мы могли сыграть в скат или 
в «доппелькопф».[113 - Вид карточной игры.] Многие дневные часы посвящались 
книгам, художественной и политической литературе, а также изучению русского 
языка, в чем нам любезно помогал советский лагерный переводчик.

Однако мучившие вопросы не получали своего разрешения. Что стало с нашей 
родиной, с нашими близкими? Пожалуй, ничто не соответствовало так моему 
тогдашнему настроению, как строки Генриха Гейне:

		Как вспомню к ночи край родной,
		Покоя нет душе больной…[114 - Генрих Гейне, стихотворение «Ночные мысли», 
перевод М. Михайлова. Цитируется по: Генрих Гейне. «Избранные произведения», 
ГИХЛ, 1950, стр. 262.]

В эти месяцы нас покинул генерал Ганс Вульц, бывший начальник артиллерии IV 
армейского корпуса. Он решился порвать с фальшивым сообществом генералов в 
Войкове, призывавших держаться до конца. Он уехал в Лунево, местонахождение 
Национального комитета «Свободная Германия». Неожиданно в путь собрались 
генералы Роске и Роденбург. Что касается Роске, то я полагал, что он также 
решил вступить в Союз немецких офицеров. Во всяком случае, в беседах в узком 
кругу он занимал деловую, благоразумную позицию. Действительно, он установил 
связь с Национальным комитетом, однако вскоре заболел и вернулся в Войково. Он 
также подтвердил, что Роденбург вступил в Союз немецких офицеров и сотрудничает 
в Луневе с Зейдлицем. В лагере это произвело впечатление разорвавшейся бомбы. 
Роденбург, бастион «продолжателей войны», — член Союза немецких офицеров! 
Неужели он действительно переборол себя?

Позднее генерал-лейтенант Роденбург был разоблачен как сообщник 
оберштурмбаннфюрера СС Губера, который попал в плен на Волге как обер-лейтенант 
батальона самоходных орудий, Губеру удалось из лагеря Елабуга попасть в число 
работников Национального комитета. Летом 1944 года Роденбург и Губер хотели