того, подавляющее большинство государств все менее охотно удовлетворяли 
требования 
Гитлера. Экономическое положение Германии явно ухудшилось. 
   1940 год явился годом сенсационных военных успехов, но не принес с собой 
улучшения 
в политическом положении страны. Трехсторонний пакт Германии, Италии и Японии 
лишь создавал иллюзию широкого мирового союза, а практическая помощь от этих 
двух 
союзников была сравнительно небольшой. Вступление в войну Италии явилось для 
нас 
несчастьем. Правда, в стратегическом отношении это создавало определенные 
трудности 
для Англии, но зато Италия выдвигала перед Германией так много экономических 
требований, что мы были не в состоянии их удовлетворить. Россия, не являвшаяся 
членом 
тройственного союза, значительно усилилась после присоединения территории 
Восточной Польши, Бессарабии, Буковины и Прибалтийских государств, и так 
называемая 
сфера влияния России опасно расширилась. Предложение Гитлера о начале мирных 
переговоров с Англией в июле 1940 года было отвергнуто: его обещаниям и 
гарантиям 
уже никто на Западе не верил. Наоборот, воля Великобритании к сопротивлению 
неизмеримо возросла после победы в битве за Англию и провала нашей попытки 
организовать вторжение в эту страну. Помощь Америки уже начала серьезно 
сказываться 
на ходе войны в Европе и говорила, о том, что американцы примут в этой войне 
участие с 
оружием в руках. 
   С чисто военной точки зрения 1940 год был для Германии годом триумфальных 
побед. 
Оккупировав Данию и Норвегию, мы предотвратили подобные же действия 
Великобритании и прочно обеспечили свой северный фланг. Помимо этого, 
германская 
промышленность могла теперь получить железную руду и никель, в чем мы остро 
нуждались. Война во Франции явилась новым сенсационным успехом, который 
вскружил 
голову нашему верховному командованию. 24 мая Гитлер, вмешавшись в распоряжения 

Браухича, остановил немецкие танки перед Дюнкерком, что позволило союзникам 
эвакуировать 215 тыс. английских и 120 тыс. французских солдат с материка. 
Честер 
Уилмот прав, говоря: "Поражение Германии началось с Дюнкерка"{299}. 
   Вторжение в Англию было назначено, подготовлено, отложено, вновь назначено и,
 
наконец, совсем отменено. Причинами отказа от операции "Морской лев" явилось 
абсолютное превосходство английского морского флота и битва за Англию, в ходе 
которой с 10 июля по 31 октября 1940 года немецкая авиация потеряла 1733 
самолета. 
Германским военно-воздушным силам так никогда и не удалось восполнить эти 
огромные 
потери. Вызывало беспокойство то обстоятельство, что наше поражение во многом 
объяснялось превосходством английской радиолокационной техники; надо сказать, 
что 
нам не удалось догнать англичан в этой области. Той же причиной объясняется и 
наша 
неудача в подводной войне в 1943 году. 
   Даже после 1940 года еще можно было бы прекратить войну, если бы Гитлер 
пошел на 
некоторые жертвы и проявил действительное стремление к миру. Однако вместо 
этого 
был разработан план "Барбаросса" и началась подготовка к войне с Россией. 
Сейчас не 
имеет никакого смысла гадать, как развивались бы события и что произошло, если 
бы 
вместо вторжения в Россию мы сосредоточили все наши усилия на районе 
Средиземного 
моря, то есть на Мальте и Африке. "Континентальные воззрения" Гитлера делали 
такое 
решение невозможным. Политические позиции Германии в 1941 году серьезно 
ухудшились. Когда Россия и Югославия заключили договор о дружбе - договор, 
идущий 
вразрез с интересами Германии, - стало совершенно ясно, что советско-германская 

политика сближения была лишена какой-либо прочной основы. Испания отказалась 
выступить на стороне Германии, и планируемое нападение на Гибралтар пришлось 
отменить. Опубликование Атлантической хартии явилось наглядным доказательством 
тесного сотрудничества между США и Великобританией. Когда начались военные 
действия между Японией и Америкой, война приобрела мировой характер и исчезла 
всякая надежда нп локализацию конфликта в Европе.  
   Несмотря на то, что 1941 год принес германским вооруженным силам тактические