ноября в наступление, и в 21.00 их передовые подразделения соединились и 
замкнули 
кольцо вокруг русских. Теперь оставалось уничтожить русские силы внутри кольца. 
К 24 
ноября мы захватили много пленных, а также 153 танка, 70 орудий и 250 
противотанковых пушек. На поле боя осталось 3000 убитых русских солдат. 
   Успех ни в коем случае нельзя было считать полным, так как русские сумели 
очень 
искусно вывести из окружения значительную часть своих сил. Практически в эти 
долгие и 
темные зимние ночи было невозможно помешать выходу даже крупных подразделений 
противника из кольца окружения, потому что v в нем было много разрывов. Как 
принято у 
русских, из окружения были выведены прежде всего штабы, офицерский состав и 
некоторые специальные подразделения, а основная масса солдат была оставлена на 
произвол судьбы{225}. Во всем районе Брусилова не было захвачено ни одного 
штаба, а 
среди убитых не оказалось ни одного старшего офицера. Таким путем русские 
сохраняли 
кадры для новых соединений. Их отправляли в тыл, где они получали свежие войска 
из 
неисчерпаемых резервов Красной Армии. 
   Наша победа была одержана как раз вовремя: 26 ноября наступила оттепель, и 
распутица сделала всякое передвижение войск практически невозможным{226}. В 
связи с 
этим наше предполагаемое наступление на Киев пришлось отменить. Потери 
возрастали, 
так как никто не хотел ложиться в страшную грязь от пуль и снарядов противника. 

   Наши тактические успехи у Брусилова были значительными, но нам не удалось 
добиться 
решительной победы, на которую мы имели все основания рассчитывать. Слишком 
много 
времени было потеряно в результате поворота к Житомиру. Мы предоставили русским 

передышку, и это оказалось непоправимой ошибкой{227}.
ПОБЕДА У РАДОМЫШЛЯ
   Досле нашей победы 24 ноября обстановка сложилась следующая. Русские создали 

мощный оборонительный рубеж восточнее Брусилова, который мы не могли атаковать 
раньше, чем прекратится распутица; кроме того, в этом районе русские 
сосредоточивали 
крупные резервы. Несколько севернее дороги Житомир - Радомышль русские части, 
выбитые из Житомира, заняли новые позиции, откуда они легко могли нанести нам 
удар 
во фланг, если бы мы попытались наступать от Брусилова прямо на Киев. Было 
установлено, что в этом районе расположился штаб 60-й армии русских.  
   Командование группы армий "Юг" приняло решение ликвидировать нависшую угрозу.
 
30 ноября 48-й танковый корпус получил приказ перейти в наступление против 
правого 
фланга русских на участке Житомир, Радомышль и захватить их позиции внезапным 
ударом с запада на восток. На бумаге все выглядело очень просто, но на практике 

оказалось значительно сложнее. Если обстановка на фронте Житомир, Радомышль, 
где 
оборонялся 13-й корпус в составе нескольких усталых пехотных и охранных дивизий,
 
была достаточно ясной, то о районе севернее и западнее Житомира этого сказать 
было 
нельзя. Никто не знал, где заканчивается правый фланг русских. Представлялось 
вполне 
возможным, что разрыва не существовало и что линия фронта просто поворачивала 
на 
север. Было вполне вероятно и то, что разрыв в линии фронта прикрывался 
партизанами. 
Воздушная разведка не сумела дать каких-либо сведений на этот счет, наземную 
разведку 
мы решили не проводить, чтобы русские не догадались о готовящемся наступлении. 
Наши 
трудности увеличивались "еще и тем, что все мосты на участке Коростень, Житомир 
были 
уничтожены.  
   До начала внезапных действий командование 48-го танкового корпуса решило 
оставить 
все части на прежних местах. 68-я пехотная дивизия получила задачу наступать от 

Житомира прямо на правый фланг русских; левее ее во фланг противнику должна 
была