отклонил 
как предложение о сдаче Крыма, так и об отводе группы армий "Север" и о 
строительстве 
в тылу "Восточного вала". Он заявил, что рассматривает лишь возможность 
переброски 
соединений с других театров военных действий. Но и в этом случае, если вопрос 
будет 
решен положительно, речь может идти лишь о небольшом количестве соединений. 
Возвратимся теперь к обстановке на Днепре.{*9} 
Уже в конце сентября обозначились намерения противника возобновить наступление 
с 
целью форсирования Днепра. 
Крупные силы противника последовали за 6 армией, которая с середины месяца 
перешла 
в подчинение группы армий "А" и отошла на линию Мелитополь - Днепр. 
Две армии противника в первом эшелоне и еще одна во втором эшелоне с общим 
числом 
20 стрелковых дивизий и 2 танковых или механизированных корпусов следовали за 1 

танковой армией в направлении на запорожский плацдарм. 
Две армии с 15 стрелковыми дивизиями, а за ними танковая армия с тремя 
корпусами 
продвигались к Днепру между Днепропетровском и Кременчугом. 
Две армии в составе примерно 12 стрелковых дивизий, двух танковых корпусов и 
одного 
механизированного корпуса, [557] a за ними танковая армия, также в составе трех 

корпусов, двигались к Днепру между Черкассами и Ржищевом. 
В направлении на Киев и участок Днепра севернее города пока был обнаружен 
подход 
только трех стрелковых корпусов и одного механизированного корпуса противника. 
Очевидно, противник хотел нанести сначала главный удар по Днепровской дуге. 
Правда, 
как раз к участку по обе стороны Киева противник мог, скорее всего, перебросить 
свои 
силы с центрального участка фронта. 
Хотя группе армий и удалось к 30 сентября отвести свои силы в описанной выше 
тяжелой 
обстановке через Днепр, она не смогла предотвратить того, что противник 
захватил два 
плацдарма на южном берегу реки. 
Ему удалось вклиниться по обе стороны стыка между 8 армией и 1 танковой армией 
на 
середине участка между Днепропетровском и Кременчугом. Войска, расположенные на 

южном берегу, были слишком слабы и не сумели помешать переправе. Для того же, 
чтобы 
контрударом отбросить противника на противоположный берег, не хватало 40 тк, о 
выделении которого в качестве подвижного резерва южнее Днепра в свое время был 
отдан приказ командующего группой армий. 40 тк находился еще на запорожском 
плацдарме. Гитлер, как уже говорилось выше, во время отхода приказал удерживать 

запорожский, днепропетровский, кременчугский и киевский плацдармы. Против этого 

приказа нечего было бы возразить, если бы группа армий имела достаточно сил для 

обороны. Так как это, однако, было не так, командование группы армий 
предусмотрело 
после окончания переправы оставить эти плацдармы. С нашим приказом в отношении 
трех последних плацдармов Гитлер молча согласился; что же касается даже 
расширенного 
в последнее время запорожского плацдарма, то он категорически приказал, 
несмотря на 
все возражения, удерживать его. Он привел в качестве обоснования своего приказа 

необходимость удерживать большую Днепровскую плотину вместе с ее 
электростанцией, 
а также то соображение, что противник вряд ли отважится атаковать 6 армию в 
районе 
Мелитополя, пока этот плацдарм находится в наших руках. Последнее соображение с 

оперативной точки зрения заслуживало внимания. Однако Гитлер опять гонялся за 
слишком многими целями сразу. Следствием этого приказа об удержании Запорожья 
было, во всяком случае, то, что 1 танковая армия не смогла своевременно 
высвободить 40 
тк. Тем самым отпала возможность путем контрудара уничтожить противника, 
переправившегося через Днепр между Днепропетровском и Кременчугом, а он тем 
временем накопил на [558] новом плацдарме большие силы, расширил его и удержал 
за 
собой.