угрожающего 
тылу 9 армии. Силы для этого усиления можно было бы, очевидно, найти на так 
называемых театрах военных действий ОКВ. Это можно было сделать, естественно, 
только за счет значительного риска в Норвегии, Франции и на Балканах, а также 
за счет 
своевременной эвакуации из Северной Африки, где и без того нельзя было снабжать 

действовавшую там армию. Гитлер же не решился пойти на этот риск и на 
оставление 
территории Африки. Он, может быть, это и сделал бы, если бы он смог 
предусмотреть те 
ошибки, которые сделают западные державы. Ошибки эти заключались в том, что они 
еще 
год занимались ведением войны с гражданским населением Германии путем 
террористических воздушных налетов, прежде чем начать решающие операции по 
вторжению, а также в том, что они продвигали свой "второй фронт" после высадки 
на 
юге Италии вдоль всего "итальянского сапога", вместо того, чтобы использовать 
более 
выгодные оперативные возможности, которые им давало полное господство на море и 
в 
воздухе. 
Если говорить о сроках, то проведение операции "Цитадель" уже в конце мая или 
самое 
позднее в начале июня исключило бы, во всяком случае, совпадение ее с высадкой 
противника на континенте. К тому же у противника не была бы полностью 
восстановлена 
боеспособность. Если бы немецкое командование к тому же учло указанные мною 
выводы 
относительно использования войск, то и при неизбежном тогда отказе от 
увеличения 
количества танков мы бы достигли для операции "Цитадель" превосходства в силах, 

вполне достаточного для достижения победы. 
Таким образом, неудача операции "Цитадель" объясняется тем, что немецкое 
командование пыталось избежать риска в отношении количества войск и времени, на 

который оно [517] должно было пойти, если хотело обеспечить успех этой 
последней 
крупной немецкой наступательной операции на востоке. 
Войска, а также их командование не виноваты в этой неудаче. Они вновь показали 
себя с 
самой хорошей стороны. Сопоставление данных о потерях обеих сторон показывает, 
насколько наши войска превосходили противника по своим качествам. 
Не стоит говорить о том, привел ли бы к лучшему результату ответный удар, 
первоначально предлагавшийся командованием группы армий "Юг". Так как Советы 
действительно медлили до середины июля со своим наступлением, то мысль о 
нанесении 
упреждающего удара, во всяком случае, не была ложной. Можно также полагать, что 

Советы начали бы свое наступление в любом случае не позже лета 1943 г., так как 
на этом 
настаивали их союзники. 
 




 
Глава 15.  
Оборонительные бои в 1943-1944 гг. 
Инициатива переходит к противнику. Вопросы руководства войсками. Борьба против 
гидры. Первая битва в Донбассе. Битва западнее Белгорода и бой за Харьков. 
Большое 
сражение на всем фронте. Вместе с фельдмаршалом фон Клюге у Гитлера. Вопрос о 
Главном командовании. Командующие группами армий и командующие армиями и штаб 
группы армий. Генерал Цейтцлер. Отход за Днепр. "Выжженная земля". Бой за рубеж 

Днепра. Битва за Киев. Задача удержания Никополя и Крыма. Новая битва на 
Днепровской дуге. Сражение на всем фронте. Своевременное отступление с 
Днепровской 
дуги сорвано из-за политических соображений Гитлера. Обстановка в оценке 
Гитлера. 
Еще одно предложение Гитлеру - передать Главное командование. Гитлер холодно 
относится к моему предложению. Столкновение с Гитлером в связи с одной речью. 
Реплика. Никополь все-таки приходится отдать. Котел у Черкасс. Окруженные 
корпуса 
спасены. Ровно и гаулейтер Кох. Наши и вражеские потери и их восполнение. "Час 
пробил". Гитлер надеется на усталость противника и на раннее начало распутицы. 
Группа