направлении на Корочу, а левый взаимодействовал с 4 танковой армией и разгромил 
69 
армию противника, вклинившуюся между нашими обеими наступающими армиями. 
4 танковая армия в тяжелых боях первых двух дней прорвала первую и вторую линии 

обороны противника. Действовавшему на левом фланге армии на открытой местности 
танковому корпусу (48 тк генерала фон Кнобельсдорфа) 7 июля удалось прорваться 
в 
район примерно в 11 км перед Обоянью. В последующие дни он должен был отражать 
сильные контратаки противника, проводившиеся с северо-востока, севера и запада, 
и 
разгромил в этих боях значительные силы наступающих войск противника. На этом 
участке и на участке перед 2 тк СС со стороны противника действовали соединения 
из 
оперативного резерва, а именно три танковых и один механизированный корпус, 
брошенные в бой в составе 69 и 1 танковой армий. Другие механизированные 
корпуса 
противник подбрасывал из района восточнее Харькова. 
Правому танковому корпусу армии (2 тк СС обер-группенфюрера Гаузера) также 
удалось 
выйти на оперативный простор. 11 июля он атаковал Прохоровку и затем дальше на 
западе форсировал Псел. 
12 июля противник бросил в бой в центре{*3} и на флангах фронта наступления 
группы 
новые части из своих оперативных резервов. 
12 и 13 июля обе армии отразили все эти атаки. 14 июля корпус СС, развивая 
успех, 
достиг Прохоровки, 48 тк подошел к долине Псела западнее Обояни. В этих боях 
были 
частично разгромлены, частично сильно потрепаны другие значительные силы из 
оперативных резервов противника. 
В общем противник бросил в бой против группы 10 новых танковых и 
механизированных 
корпусов. В основном это были ближние резервы, подготовленные противником перед 

нашим фронтом, за исключением групп, расположенных перед [512] фронтами на 
Донце 
и Миусе, где противник только как будто подготавливал наступление. 
К 13 июля противник потерял на фронте "Цитадель" уже 24000 пленными, 1800 
танков, 
267 орудий и 1080 противотанковых орудий. 
Сражение достигло своей высшей точки! Скоро должно было решиться - победа или 
поражение. 12 июля командованию группы, правда, стало известно, что 9 армия 
вынуждена была приостановить наступление и что противник перешел в наступление 
против 2 танковой армии. Но командование нашей группы твердо решило не 
приостанавливать преждевременно сражения, может быть, перед окончательной 
победой. 
У нас еще был 24 тк с 17 тд и дивизией СС "Викинг", которые мы могли бы бросить 
в 
бой как наш козырь. 
Из-за этого корпуса командование группы боролось с Гитлером с самого начала 
наступления или, вернее, с начала его подготовки. Я напомню, что мы всегда 
держались 
той точки зрения, что если вообще проводить операцию "Цитадель", то необходимо 
сделать все для достижения успеха этого предприятия, даже сильно рискуя в 
районе 
Донбасса. По этим соображениям, командование группы оставило, как я уже 
упоминал, 
на Миусском и Донецком фронтах в качестве резервов только две дивизии (23 тд и 
16 
мотд), предусмотрев использование 24 тк - сначала в качестве резерва группы - в 

операции "Цитадель". Но для этого нам потребовалось несколько раз докладывать 
ОКХ, 
пока Гитлер, боявшийся всякого риска в Донбассе, дал согласие на то, чтобы 
расположить 
корпус за линией фронта "Цитадель". Корпус, однако, постоянно находился в 
боевой 
готовности западнее Харькова, хотя и в качестве резерва ОКХ, для чего он был 
выведен из 
непосредственного подчинения группы. 
Такова была обстановка, когда фельдмаршал фон Клюге и я были вызваны 13 июля в 
ставку фюрера. Было бы правильнее, конечно, если бы Гитлер сам прибыл в обе 
группы, 
или - если он полагал, что общая ситуация не позволяла ему выехать из Ставки, - 

прислал бы к нам начальника Генерального Штаба. Но во время всей восточной 
кампании 
редко удавалось склонить Гитлера выехать на фронт. Своему начальнику