была 
сначала удовлетвориться тем, чтобы встретить харьковскую группировку противника 

западнее Донца и разбить ее там. 
В южном прибрежном районе действий группы начало уже таять. Поэтому в конце 
февраля противник на рубеже Миуса стал вводить на участках прорыва вместо 
танковых и 
[474] подвижных соединений стрелковые дивизии. Противник явно намеревался 
овладеть 
плацдармами западнее Миуса еще до наступления периода распутицы. После того как 
его 
наступление на широком фронте в этом районе провалилось, оно превратилось в 
серию 
безуспешных местных атак. 
2 марта группа могла уже выявить результаты своего первого контрудара, 
проведенного 
ею силами 4 танковой армии и левым флангом 1 танковой армии по группировке 
противника, расположенной между Донцом и Днепром. В результате этого удара, а 
также 
в результате успешной обороны группы Голлидта на Миусе, вражеские армии Юго-
западного фронта были настолько сильно потрепаны, что они уже не были способны 
к 
наступлению. Особенно ослаб натиск частей противника, наступавших на левый 
фланг 1 
танковой армии и в стык между нею и группой Кемпфа: 6 армия противника, группа 
Попова, действовавшая у Гришино, и 1 гвардейская армия. Можно было полагать, 
что мы 
уничтожили 25 тк и три стрелковые дивизии, разгромили 3 тк и 4 Гв. тк, 10 тк, 
одну 
отдельную танковую бригаду, одну механизированную бригаду, одну стрелковую 
дивизию 
и одну лыжную бригаду. Значительные потери понесли 1 Гв. тк и 18 тк, 6 
стрелковых 
дивизий и 2 лыжные бригады. 
По донесениям наших войск, противник в этой битве между Донцом и Днепром 
потерял 
23000 убитыми. Мы захватили 615 танков, 354 орудия, 69 зенитных орудий и 
большое 
количество пулеметов и минометов. Пленных же было мало - 9000. Это объясняется 
тем, 
что наши войска, в основном танковые дивизии, не в состоянии были создать 
плотное 
кольцо вокруг противника. Холод заставлял - особенно ночью - располагаться в 
населенных пунктах и вокруг них, так что для солдат противника и его частей, 
бросивших 
свои машины, было достаточно пространства для выхода из окружения. Но нам не 
удалось 
перерезать Донец в тылу противника, так как река все еще была скована льдом и 
ее легко 
преодолевали солдаты с легким оружием. 
Кроме указанных соединений противника, нами были уничтожены окруженные за 
рубежом Миуса 4 Гв. мк и 7 Гв. кк. 
Битва за Харьков 
После того как в результате этой победы между Донцом и Днепром инициатива вновь 

оказалась в наших руках, группа согласно приказу, отданному еще 28 февраля, 
начала 
наступление [475] на Воронежский фронт противника, то есть на его войска, 
расположенные в районе Харькова. Мы намеревались нанести удар по южному флангу 
противника, чтобы потеснить его с юга, или - если это окажется возможным - 
позже 
ударить ему в тыл с востока. Наша цель была не овладение Харьковом, а разгром и 
по 
возможности уничтожение расположенных там частей противника. 
Ближайшей целью, следовательно, был разгром южного фланга противника, 
расположенного на Берестовой юго-западнее Харькова, на котором действовала 3 
советская танковая армия. Эта цель была достигнута 4 танковой армией к 5 марта. 
Из 3 
танковой армии противника были частично разгромлены 12 и 4 тк, один 
кавалерийский 
корпус и три стрелковые дивизии, часть их личного состава была взята в плен в 
небольшом котле у Краснограда. Пленных опять было сравнительно мало, убитыми же 

противник потерял примерно 12 000 человек; мы захватили 61 танк, 225 орудий и 
600 
машин. 
Однако по метеорологическим условиям оказалась теперь невыполнимой наша цель - 
зайти в тыл противнику, теснившему группу Кемпфа в направлении на Ахтырку и 
Полтаву, и заставить его принять бой с перевернутым фронтом. Для этого 4 
танковая