| |
В общем в качестве деблокирующих сил группа армий могла рассчитывать в составе
обеих
групп на 4 тд, 4 пд и 3 авиаполевые дивизии. При этом, однако, с самого начала
было
ясно, что авиаполевые дивизии могут быть использованы в лучшем случае для
выполнения оборонительных задач, например для обеспечения флангов ударных групп.
Указанных сил - в случае, если они действительно поступят в такой численности и
в
указанные сроки, - было бы, во всяком случае, достаточно для того, чтобы
временно
восстановить связь с 6 армией и этим самым вернуть ей свободу маневра. Но их ни
в коем
случае не хватило бы, чтобы разбить все силы противника в такой степени, чтобы
можно
было думать о восстановлении положения в соответствии с приказом, отданным
Гитлером в духе позиционной войны: "вновь овладеть позициями, которые были
заняты
нами до начала наступления".
27 ноября в штаб группы армий поступила телеграмма ОКХ, которая была ответом на
донесение группы армий от 24 ноября с ее оценкой обстановки. По ней можно было
определить, что Гитлер все еще придерживается вышеупомянутых [358] мыслей. Свое
решение об удержании Сталинграда он обосновывал тем, что отход был бы уступкой,
что
все, что было с большими жертвами завоевано в 1942 г., в наступающем году
следует
попытаться вторично отвоевать с еще большим напряжением сил. Этот вопрос в то
время
вообще не мог стоять совершенно независимо от того, было ли повторение
наступления
1942 г. целесообразно и по силам. Вопрос был скорее в том, можно ли вообще еще
раз
восстановить положение на южном крыле Восточного фронта, все равно на каком
рубеже.
Без освобождения 6 армии из окружения это казалось почти безнадежным.
Поэтому 28 ноября я отослал Гитлеру подробную оценку обстановки. Она содержала
ясные данные о численности действующих против нас сил противника (143
соединения).
Точно так же она давала ясную картину положения и состояния 6 армии, причем я
особо
указывал на то, что через короткий промежуток времени артиллерия 6 армии
вследствие
недостатка боеприпасов и потери подвижности действовать не будет.
При этих обстоятельствах, доносил я, сомнительно, можно ли ожидать
своевременного
прибытия всех сил, предназначенных для деблокирования, особенно группы Голлидта.
Вероятно, сначала придется действовать только силами деблокирующей группы 4
танковой армии. Само собой разумеется, что таким путем нельзя было достигнуть
решающего успеха. Как уже сообщалось 24 ноября, он, во всяком случае, зависел
от
поступления дополнительных сил. Лучшее, на что можно было рассчитывать, было
создание коридора до 6 армии, через который можно было бы пополнить запасы
горючего
и боеприпасов и тем самым восстановить ее подвижность. Однако после этого армию
необходимо было вывести из котла. Там, в открытой степи, она не могла держаться
всю
зиму. Но, прежде всего, следовало учесть, что с оперативной точки зрения было
невозможно дольше держать наши силы связанными на узком пространстве, в то
время
как противник имеет свободу рук на сотнях километров фронта. При всех
обстоятельствах
мы должны были снова обеспечить себе возможность проводить операции. Решение
такого характера, как это было в прошлом году в демянском котле, было исключено.
Ход
событий полностью подтвердил эту точку зрения.
Так продолжалось до 3 декабря, пока мы не получили ответа на этот основной
вопрос
ведения операций, - пример того, как Гитлер любил медлить с неприятными
ответами.
Все же в этом ответе содержалось сообщение, что Гитлер [359] согласен с нашей
точкой
зрения. Только в двух пунктах он сделал оговорки. Он не хотел, чтобы в целях
экономии
сил был укорочен, то есть, отодвинут назад, северный участок фронта под
Сталинградом.
Правда, он не оспаривал данные о количестве соединений противника, указанные
|
|
