немецких дивизий, а фактически 2:1 в боевых частях), то второе наступление в 
Италии нельзя назвать значительным вкладом со стратегической точки зрения. Не 
способствовало оно и вторжению в Нормандию путем отвлечения немецких дивизий из 
Франции. Не удалось помешать немцам укрепить свои позиции в северо-западной 
Европе. Численность немецких войск в северной Франции и Нидерландах увеличилась 
с 35 дивизий в начале 1944 года до 41 дивизии к моменту начала вторжения 
союзников через Ла-Манш в июне.

Справедливости ради следует отметить, что стратегическое значение компании в 
Италии для Нормандской операции состоит только в одном: не будь итальянского 
фронта, силы немцев в Нормандии оказались бы еще значительнее. Кроме того 
масштабы вторжения были ограничены имеющимися десантно-высадочными средствами. 
Значит союзные войска в Италии все равно не могли быть использованы в Нормандии 
на самом ответственном этапе операции. С другой стороны, использование в 
Нормандии тех сил, которые немцы были вынуждены держать в Италии, обрекало бы 
на неудачу высадку союзных войск во Франции. Эти аргументы справедливы, но, к 
сожалению, многие из английских руководителей, отстаивая значение компании в 
Италии, почему-то ни словом по этому поводу больше не обмолвились. Вместе с тем 
вряд ли были возможны переброски крупных немецких сил в Нормандию из-за 
активной боевой [572] деятельности бомбардировочной авиации союзников, 
наносивших удары по узлам железных дорог.

В политическом отношении самым заметным событием этого периода было отречение 
короля Виктора Эммануила в пользу своего сына и замена маршала Бадольо на посту 
премьер-министра Италии антифашистом Бономи.

События, последовавшие за овладения Римом, которого так долго добивались 
союзники, принесло разочарование их армиям. Частично это объяснялось решениями 
высших инстанций, а частично и тем, что немцы сумели оправиться и принять 
контрмеры.

Уилсон согласился с точкой зрения американцев, что, несмотря на задержку, 
операция "Энвил" может стать самым эффективным средством, чтобы отвлечь 
немецкие дивизии из северной Франции и обеспечить быстрое продвижение с 
плацдарма в Нормандии. Александер придерживался иной точки зрения. 6 июня, два 
дня спустя после овладения Римом, он выдвинул план развития успеха по операции 
"Диадем". Александер считал, что если будут сохранены имеющиеся в его 
распоряжении силы, то они сумеют начать наступление на линию обороны немцев 
севернее Флоренции не позже 15 августа (то есть в те же сроки, на которая была 
намечена операция"Энвил") и прорвать оборону противника, если Гитлер не решится 
перебросить в этот район восемь или больше дивизий для усиления своих войск. 
Александер полагал, что сумеет быстро занять северо-восточные районы Италии и 
получит возможность прорваться через Люблянский проход в Австрию. Эта была 
исключительно оптимистическая оценка возможности быстро преодолеть несколько 
горных барьеров на пути между Венецией и Веной, где немцы располагали 
множеством выгодных позиций для ведения сдерживающих действий. Здесь проявилось 
нежелание считаться с тем фактором, что итальянцы не раз получали серьезный 
отпор и терпели неудачу при аналогичных попытках в годы Первой Мировой войны.

Однако план понравился Черчиллю и английскому комитету начальников штабов, 
особенно Бруку, как альтернатива тяжелым потерям и даже катастрофе, которой они 
опасались в Нормандии. Американский комитет начальников штабов во главе с 
генералом Маршалом выступил против нового и весьма сомнительного расширения 
масштабов наступательных действий в Италии, но Александер взял вверх над 
Уилсоном. Тогда вмешался Эйзенхауэр. Он был сторонником операции"Энвил". И 
вновь в спор были вовлечены Черчилль и Рузвельт. Ко 2 июля спор закончился в 
пользу американцев, и Уилсон отдал [573] приказ начать операцию "Энвил" (теперь 
ее называли более скромно — "Дрэген") 15 августа. Это решение предусматривало 
переброску американского 6 корпуса (три дивизии) и французского корпуса (четыре 
дивизии), командование которого, естественно, хотело принять участие в 
освобождении родной страны. В 5-й армии осталось пять дивизий, а группа армий в 
целом рассталась примерно с 70% поддерживающей авиации.

Тем временем Кессельринг уже принял ряд мер, чтобы воспрепятствовать союзникам 
развить достигнутый ими успех. Потери немцев за время операции "Диадем" были 
тяжелыми: четыре дивизии пришлось отвести для отдыха и переформирования, а 
остальные семь имели значительный некомплект. Четыре новые дивизии были 
направлены в район боевых действий одновременно с танковым полком. Большинство 
этих подкреплений предназначалось для 14-й армии, прикрывшей наиболее вероятное 
направление наступления союзников. Кессельринг намеревался замедлить 
продвижение противника, ведя в течение лета сдерживающие действия на 
последовательных рубежах, и к зиме отойти на Готическую линию. Примерно в 80 
милях севернее Рима имелся естественный оборонительный рубеж у Тразимене, 
представлявший собой выгодную позицию для первого этапа сдерживающих действий. 
Умело проведенные инженерно-заградительные работы должны были помочь задержать 
продвижение союзников.

Наступление началось 5 июня, после вступления союзников в Рим, однако союзные 
войска действовали недостаточно решительно в этот самый опасный для немцев 
момент. Затем в наступление перешли французские войска, входящие в состав 5