Поздно одумалась королевна, что сказала слово нехорошее, заплакала горькими 
слезами, воротилась домой и стала жить одна-одинехонька.
А бедного солдата занесло вихрем далеко-далеко, за тридевять земель, в 
тридесятое государство, и бросило на косе промеж двух морей; упал он на самый 
узенький клинышек; направо ли сонный оборотится, налево ли повернется — то?тчас 
в море свалится, и поминай как звали! Полгода проспал добрый мо?лодец, ни 
пальцем не шевельнул; а как проснулся — сразу вскочил прямо на ноги, смотрит — 
с обеих сторон волны подымаются, и конца не видать морю широкому; стоит да в 
раздумье сам себя спрашивает: «Каким чудом я сюда попал? Кто меня затащил?» 
Пошел по косе и вышел на остров; на том острове — гора высокая да крутая, 
верхушкою до облаков хватает, а на горе лежит большой камень.
Подходит к этой горе и видит — три черта дерутся, кровь с них так и льется, 
клочья так и летят! «Стойте, окаянные! За что вы деретесь?» — «Да, вишь, 
третьего дня помер у нас отец, и остались после него три чудные вещи: 
ковер-самолет, сапоги-скороходы да шапка-невидимка, так мы поделить не можем». 
— «Эх вы, проклятые! Из таких пустяков бой затеяли. Хотите, я вас разделю; все 
будете довольны, никого не обижу». — «А ну, земляк, раздели, пожалуйста!» — 
«Ладно! Бегите скорей по сосновым лесам, наберите смолы по сту пудов и несите 
сюда». Черти бросились по сосновым лесам, набрали смолы триста пудов и принесли 
к солдату. «Теперь притащите из пекла самый большой котел». Черти приволокли 
большущий котел — бочек сорок войдет! — и поклали в него всю смолу.
Солдат развел огонь и, как только смола растаяла, приказал чертям тащить котел 
на? гору и поливать ее сверху донизу. Черти мигом и это исполнили. «Ну-ка, — 
говорит солдат, — пихните теперь вон энтот камень; пусть он с горы катится, а 
вы трое за ним вдогонку приударьте: кто прежде всех догонит, тот выбирай себе 
любую из трех диковинок; кто второй догонит, тот из двух остальных бери — какая 
покажется; а затем последняя диковинка пусть достанется третьему». Черти 
пихнули камень, и покатился он с горы шибко-шибко; бросились все трое вдогонку; 
вот один черт нагнал, ухватился за камень — камень тотчас повернулся, 
подворотил его под себя и вогнал в смолу. Нагнал другой черт, а потом и третий, 
и с ними то же самое! Прилипли крепко-накрепко к смоле! Солдат взял под мышку 
сапоги-скороходы да шапку-невидимку, сел на ковер-самолет и полетел искать свое 
царство.
Долго ли, коротко ли — прилетает к избушке, входит — в избушке сидит баба-яга 
костяная нога, старая, беззубая. «Здравствуй, бабушка! Скажи, как бы мне 
отыскать мою прекрасную королевну?» — «Не знаю, голубчик! Видом ее не видала, 
слыхом про нее не слыхала. Ступай ты за столько-то морей, за столько-то земель 
— там живет моя середняя сестра, она знает больше моего; может, она тебе 
скажет». Солдат сел на ковер-самолет и полетел; долго пришлось ему по белу 
свету странствовать. Захочется ли ему есть-пить, сейчас наденет на себя 
шапку-невидимку, спустится в какой-нибудь город, зайдет в лавки, наберет — чего 
только душа пожелает, на ковер — и летит дальше. Прилетает к другой избушке, 
входит — там сидит баба-яга костяная нога, старая, беззубая. «Здравствуй, 
бабушка! Не знаешь ли, где найти мне прекрасную королевну?» — «Нет, голубчик, 
не знаю; поезжай-ка ты за столько-то морей, за столько-то земель — там живет 
моя старшая сестра; может, она ведает». — «Эх ты, старая хрычовка! Сколько лет 
на свете живешь, все зубы повывалились, а доброго ничего не знаешь». Сел на 
ковер-самолет и полетел к старшей сестре.
Долго-долго странствовал, много земель и много морей видел, наконец прилетел на 
край света, стоит избушка, а дальше никакого ходу нет — одна тьма кромешная, 
ничего не видать! «Ну, — думает, — коли здесь не добьюсь толку, больше лететь 
некуда!» Входит в избушку — там сидит баба-яга костяная нога, седая, беззубая. 
«Здравствуй, бабушка! Скажи, где мне искать мою королевну?» — «Подожди 
немножко; вот я созову всех своих ветров и у них спрошу. Ведь они по всему 
свету дуют, так должны знать, где она теперь проживает». Вышла старуха на 
крыльцо, крикнула громким голосом, свистнула молодецким посвистом; вдруг со 
всех сторон поднялись-повеяли ветры буйные, только изба трясется! «Тише, тише!» 
— кричит баба-яга, и как только собрались ветры, начала их спрашивать: «Ветры 
мои буйные, по всему свету вы дуете, не видали ль где прекрасную королевну?» — 
«Нет, нигде не видали!» — отвечают ветры в один голос. «Да все ли вы налицо?» — 
«Все, только южного ветра нет».
Немного погодя прилетает южный ветер. Спрашивает его старуха: «Где ты пропадал 
до сих пор? Еле дождалась тебя!» — «Виноват, бабушка! Я зашел в новое царство, 
где живет прекрасная королевна; муж у ней без вести пропал, так теперь сватают 
ее разные цари и царевичи, короли и королевичи». — «А сколь далеко до нового 
царства?» — «Пешему тридцать лет идти, на крыльях десять лет нестись; а я повею 
— в три часа доставлю». Солдат начал со слезами молить, чтобы южный ветер взял 
его и донес в новое царство. «Пожалуй, — говорит южный ветер, — я тебя донесу, 
коли дашь мне волю погулять в твоем царстве три дня и три ночи». — «Гуляй хоть 
три недели!» — «Ну, хорошо; вот я отдохну денька два-три, соберусь с силами, да 
тогда и в путь».
Отдохнул южный ветер, собрался с силами и говорит солдату: «Ну, брат, собирайся,
 сейчас отправимся; да смотри — не бойся: цел будешь!» Вдруг зашумел-засвистал 
сильный вихорь, подхватило солдата на воздух и понесло через горы и моря под 
самыми облаками, и ровно через три часа был он в новом царстве, где жила его 
прекрасная королевна. Говорит ему южный ветер: «Прощай, добрый мо?лодец! 
Жалеючи тебя, не хочу гулять в твоем царстве». — «Что так?» — «Потому — если я 
загуляю, ни одного дома в городе, ни одного дерева в садах не останется; все 
вверх дном поставлю!» — «Ну, прощай! Спасибо тебе!» — сказал солдат, надел 
шапку-невидимку и пошел в белокаменные палаты.