Обвенчался он на царевне и живет у царя неделю и две. «Ну, — говорит царь, — 
пойдем теперь, любезный зять, к тебе в гости». Козьме делать нечего, надо 
собираться. Запрягли лошадей и поехали. А лисичка отправилась вперед. 
Бежала-бежала, глядит: пастухи пасут стадо овец; она спрашивает их: «Пастухи, 
пастухи! Чье стадо пасете?» Пастухи отвечают: «Стадо царя Змиулана». Лисичка 
начала их учить: «Сказывайте всем, что это стадо Козьмы Скоробогатого, а не 
Змиулана-царя; а то едут царь Огонь да царица Маланьи?ца, коли не скажете им, 
что это стадо Козьмы Скоробогатого, — они всех вас и с овцами-то сожгут и 
спалят». Пастухи видят, что дело неминучее, надо слушаться, и обещаются всякому 
сказывать про Козьму Скоробогатого, как лиса учила.
А лисичка пустилась вперед; видит — пастухи стерегут свиней, и спрашивает: 
«Пастухи, пастухи! Чье стадо пасете?» — «Царя Змиулана». — «Сказывайте, что 
стадо это Козьмы Скоробогатого, а то едут царь Огонь и царица Маланьи?ца; они 
всех вас сожгут и спалят, коли станете поминать царя Змиулана». Пастухи 
согласились. Лиса опять побежала вперед; добегает до коровьего стада царя 
Змиулана, потом до конского стада и велит пастухам сказывать, что эти стада 
Козьмы Скоробогатого, о царе же Змиулане ничего не говорить. Добегает лиса и до 
стада верблюжьего. «Пастухи, пастухи! Чье стадо пасете?» — «Царя Змиулана». 
Лиса строго запретила им сказывать о царе Змиулане, а велела говорить, что это 
стадо Козьмы Скоробогатого; а то царь Огонь и царица Маланьи?ца сожгут и спалят 
все стадо!
Лисонька опять побежала вперед, прибегает в царство царя Змиулана и прямо в 
белокаменные палаты. «Что скажешь, лисонька?» — «Ну, царь Змиулан, теперь-то 
надо скоро-наскоро спрятаться. Едет грозный царь Огонь и царица Маланьи?ца, всё 
жгут и палят. Стада твои и с пастухами прижгли; сначала овечье, потом свиное, а 
тут коровье и конское. Я не стала мешкать, пустилась к тебе сказать и чуть от 
дыма не задохлась!» Царь Змиулан закручинился-запечалился: «Ах, лисонька, куда 
же я подеваюсь?» — «Есть в твоем саду старый заповедный дуб, средина вся 
повыгнила; беги и схоронись в дупло, пока они мимо не проедут». Царь Змиулан 
вмиг собрался и по сказанному, как по писаному, сделал так, как лиса научила.
А Козьма Скоробогатый едет себе да едет с женою и тестем. Доезжают они до стада 
овечьего. Молодая княгиня и спрашивает: «Пастушки, пастушки, чье стадо пасете?» 
— «Козьмы Скоробогатого», — отвечают пастухи. Царь тому и рад: «Ну, любезный 
зять, много же у тебя овец». Едут они дальше, доезжают до стада свиного. 
«Пастушки?, пастушки?, — спрашивает молодая княгиня, — чье стадо пасете?» — 
«Козьмы Скоробогатого». — «Ну, любезный зять, много же у тебя свиней». Едут они 
всё дальше и дальше; тут пасется стадо коровье, там конское, а там и верблюжье. 
Спросят у пастухов: «Чье стадо пасете?» — они знай себе отвечают одно: «Козьмы 
Скоробогатого».

Вот приехали к царскому дворцу; лисонька встречает и вводит их в палаты 
белокаменные. Царь вошел и задивился: столь хорошо было убрано! Давай пировать, 
пить-есть и веселиться! Живут они день, живут и неделю. «Ну, Кузенька, — 
говорит лисонька, — перестань гулять, надо дело исправлять. Ступай с тестем в 
зеленый сад; в том саду стоит старый дуб, а в том дубе сидит царь Змиулан — от 
вас спрятался. Расстреляйте дерево на мелкие части!» Тогда Кузенька по 
сказанному, как по писаному, пошел вместе с тестем в зеленый сад, и стали они в 
тот дуб стрелять и убили царя Змиулана до смерти. Козьма Скоробогатый воцарился 
в том государстве, и стал он с царевною жить да поживать, и теперь живут — хлеб 
жуют. Лисоньку всякий день угощали они курочками, и она до тех пор у них 
гостила, докуда всех кур не испакости?ла
[774]
.





Емеля-дурак




№165
[775]


В некоторой было деревне: жил мужик, и у него было три сына, два было умных, а 
третий дурак, которого звали Емельяном. И как жил их отец долгое время, то и 
пришел в глубокую старость, призвал к себе сыновьев и говорил им: «Любезные 
дети! Я чувствую, что вам со мною недолго жить; оставляю вам дом и скотину, 
которые вы разделите на части ровно; также оставляю вам денег на каждого по сту 
рублев». После того вскоре отец их умер, и дети, похороня его честно, жили 
благополучно. Потом вздумали Емельяновы братья ехать в город торговать на те 
триста рублев, которые им отказаны были их отцом, и говорили они дураку 
Емельяну: «Послушай, дурак, мы поедем в город, возьмем с собой и твои сто 
рублев, а когда выторгуем, то барыш пополам, и купим тебе красный кафтан, 
красную шапку и красные сапоги. А ты останься дома; ежели что тебя заставят 
сделать наши жены, а твои невестки (ибо они были женаты), то ты сделай». Дурак,