твоих обстоятельств". И Хасан сказал своей сестре: "Расскажи  им  мою
историю, мне стыдно, и я не могу обратиться к ним с такими словами..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Семьсот девяносто первая ночь

   Когда же настала семьсот девяносто первая ночь, она  сказала:  "Дошло
до меня, о счастливый царь, что Хасан сказал своей сестре: "Расскажи  им
мою историю, мне стыдно, и я не могу обратиться к ним с такими словами".
И сестра Хасана сказала им: "О сестры, когда мы уехали и оставили  этого
беднягу одного, ему стало тесно во дворце, и он испугался,  что  кто-ни-
будь к нему войдет. Вы знаете, что ум у сыновей Адама легковесный, и  он
открыл дверь, ведущую на крышу дворца, когда стеснилась у него  грудь  и
он остался один в одиночестве, и поднялся наверх и сидел там. И ей  ока-
зался над долиной и стал смотреть в сторону ворот, боясь, что кто-нибудь
направится но дворцу, и в один из дней, когда он сидел, вдруг  подлетели
к нему десять птиц, направляясь ко дворцу. И они летели до тех пор, пока
не сели у пруда, который над Залой, и Хасан увидел птицу,  которая  была
красивей всех, и она клевала других птиц, и ни одна из них не могла про-
тянуть к ней руки, а затем птицы схватились когтями за воротники и,  ра-
зодрав свои одежды из перьев, вышли из них, и каждая птица  превратилась
в девушку, подобную луне в ночь ее полноты. И они сняли  бывшие  на  них
одежды, - а Хасан стоял и смотрел на них, - и вошли в воду  и  принялись
играть, и старшая девушка погружала их в воду, и ни одна из птиц не мог-
ла протянуть к ней руки, и эта девушка  была  прекраснее  всех  лицом  и
стройнее станом и на ней были самые чистые одежды. И девушки  продолжали
так играть, а Хасан стоял и смотрел на них, пока не приблизилась предве-
черняя молитва, и потом они вышли из пруда и, надев нижнюю одежду,  оде-
лись в свои одежды из перьев и завернулись в них и улетели. И душа Хаса-
на увлеклась ими и загорелось его сердце огнем из-за старшей птицы, и он
раскаивался, что не украл ее одежды из перьев, и заболел и  остался  на-
верху, ожидая ее, и отказался от пищи, питья и сна и оставался там, пока
не блеснул новый месяц. И когда он так сидел, птицы вдруг прилетели,  по
своему обычаю, и сняли одежду и вошли в пруд, и Хасан украл одежду стар-
шей девушки, и, поняв, что она может летать только  в  ней,  взял  ее  и
спрятал, боясь, что девушки его заметят и убьют. И  потом  он  подождал,
пока птицы улетели, и поднялся и схватил девушку и спустился из  верхней
части дворца". - "А где она?" - спросили ее сестры. И она сказала:  "Она
у него, в такой-то комнате". - "Опиши ее нам, сестрица", -  сказали  де-
вушки. И сестра Хасана молвила: "Она прекраснее, чем луна в ночь  полно-
луния, и лицо ее сияет ярче солнца; ее слюна слаще меда, ее стан  строй-
нее ветви, у нее черные глаза, и светлый лик, и блестящий лоб, и  грудь,
подобная драгоценному камню, и соски, подобные двум  гранатам,  и  щеки,
точно два яблока, и живот со свернутыми складками, и пупок,  точно  шка-
тулка из слоновой кости, мускусом наполненная, и пара ног,  словно  мра-
морные столбы. Она захватывает сердце насурьмленным оком и тонкостью ху-
дощавого стана, и тяжелым задом, и речью, исцеляющей больного, она  кра-
сива стройностью, прекрасна ее улыбка, и подобна она полной луне".
   И когда девушки услышали это описание, они обратились к Хасану и ска-
зали ему: "Покажи ее нам". И Хасан поднялся,  взволнованный  любовью,  и
шел, пока не привел их к комнате, где находилась царевна. И он отпер  ее
и вошел впереди девушек, и они вошли сзади него, и, увидев царевну и уз-
рев ее красоту, они поцеловали перед ней землю и  удивились  красоте  ее
образа и ее прекрасным свойствам. И они  приветствовали  ее  и  сказали:
"Клянемся Аллахом, о дочь царя величайшего, это поистине  вещь  великая.
Если бы ты слышала, какова слава этого юноши у женщин, ты бы дивилась на
него весь твой век.  Он  привязан  к  тебе  крайней  привязанностью,  но
только, о царевна, он не ищет мерзости и добивается тебя лишь  дозволен-
ным образом. Если бы мы Знали, что девушки могут обойтись без мужчин, мы
удержали бы его от того, к чему он стремится, хотя он не посылал к  тебе
посланца, а пришел сам: и он нам рассказал, что сжег одежду из перьев, а
не то мы бы ее у него взяли".
   И затем одна из девушек сговорилась с царевной и  приняла  полномочие
на заключение брака, и заключила брак царевны с Хасаном, и тот  взял  ее
за руку и вложил ее руку в свою, и девушка выдала ее за Хасана с ее доз-
воления, и устроили торжество, подобающее для царевен, и ввели Хасана  к
его жене. И Хасан поднялся, и открыл дверь, и откинул преграду, и сломал
печать, и увеличилась его любовь к  ней,  и  усилилось  его  влечение  и
страсть, и, достигнув желаемого, Хасан поздравил себя и  произнес  такие
стихи:
   "Чарует твой стройный стан, и черен твой томный взгляд,
   И влагою прелести покрыто лицо твое.
   Ты взорам моим предстала в виде прекраснейшем,
   Там яхонт наполовину, треть тебя - изумруд.
   А пятая часть - то мускус; амбра - шестая часть,
   И жемчугу ты подобна, нет, ты светлей его.
   И Ева не родила подобных тебе людей,
   И в вечных садах найти другую, как ты, нельзя.
   Коль хочешь меня пытать, - обычай таков любви,