ннету был по-прежнему устремлен туда, где 
развевалась на скаку седая грива Олд Уоббла.

— Его взгляд был полон гнева и мести, — сказал Виннету. — Олд Уоббл сказал, что 
уходит, но еще этой же ночью вернется. Виннету и его белые братья будут очень 
осторожны!

Мы еще не покончили с едой, когда на пороге дома вновь появился Феннер. Он 
сдвинул в один край стола мясо, хлеб, тарелки — в общем все, что стояло перед 
нами, и сказал:

— Прошу вас, господа, сделать маленькую паузу! Жена сейчас накрывает для вас в 
доме другой стол. Пожалуйста, не возражайте и доставьте мне удовольствие 
показать вам, какими дорогими гостями вы для меня являетесь!

Спорить было бесполезно. Он говорил от чистого сердца, и нам пришлось 
подчиниться. Когда жена хозяина позвала нас в дом, мы увидели там стол, 
заставленный самыми изысканными угощениями, какие только можно найти на ферме, 
расположенной в двух днях пути от ближайшего города. И трапеза началась сначала 
— так сказать, в исправленном и дополненном варианте. За едой мы объяснили 
хозяину странное на первый взгляд поведение Олд Уоббла, рассказав о краже ружей 
и понесенном им за это наказании. И все же хозяин никак не мог понять гнева 
«короля ковбоев». По его мнению, Олд Уоббл должен был благодарить нас за 
проявленную в отношении него мягкость; ведь он практически ушел от ответа, хотя 
и участвовал в краже, проведя Генерала в дом Кровавого Лиса.

Вскоре уже стало смеркаться. Мы беспокоились за своих лошадей и поделились 
нашими опасениями с Феннером, который в ответ предложил нам следующее:

— Если вы не хотите оставлять их на улице из-за Олд Уоббла и его компании, то у 
меня за домом есть навес, под которым вы можете привязать их. О воде и корме я 
позабочусь сам. Навес, правда, закрыт лишь с трех сторон, но, не беспокойтесь, 
я поставлю там надежного сторожа.

— Не беспокойтесь, в этом мы привыкли полагаться на самих себя, — ответил я. — 
Так что лучше мы устроим поочередное дежурство: сначала Пит Холберс, за ним Дик 
Хаммердал, потом я, а последним — Виннету. По два часа.

— Что ж, воля ваша! А спать вы будете неподалеку в другой комнате, где можете 
не опасаться коварного нападения ни с какой стороны. Кроме того, на лугах 
вокруг дома много ковбоев, которые тоже будут начеку.

Все эти меры предосторожности были приняты только потому, что мы привыкли быть 
настороже даже там, где другие чувствовали себя в безопасности. Нападения со 
стороны Олд Уоббла и его дружков ожидать вряд ли приходилось, тем более что 
вскоре один из ковбоев сообщил нам об их отъезде.

Итак, лошадей поставили под навес, и Пит Холберс первым отправился заступать в 
караул. Мы же по-прежнему оставались в доме и беседовали, сидя за столом. Мы 
пока что не ощущали особой усталости, а Феннер не давал нам покоя, требуя от 
нас одну историю за другой. Рассказы о наших похождениях он мог слушать без 
конца, но особое удовольствие ему и его жене доставляла та забавная манера, в 
какой толстяк Хаммердал описывал отдельные эпизоды своей бурной и переменчивой 
жизни.

Через два часа он отправился на улицу сменить Пита Холберса на сторожевом посту.
 Тот сказал нам, что его смена прошла спокойно, и ничего подозрительного 
услышать или увид