дачу, решив немедленно 
переговорить с заведующим, но и здесь его постигла неудача: Викниксор уехал в 
город.

Проходя по комнатам, Косецкий ловил насмешливые взгляды ребят и сразу угадал, 
что все они только что были свидетелями его позора.

Подошел обед, и здесь халдей вновь почувствовал себя в силе. Громоносцев, Еонин 
и еще пять – шесть воспитанников были лишены обеда.

После обеда шкидцы устроили экстренное собрание и, глубоко возмущенные, решили 
продолжать борьбу.

Теперь Косецкий, наученный горьким опытом, никуда не отлучался с дачи, но это 
не помогло. Снова началась бомбардировка. Стоило только ему отвернуться, как в 
спину его летел желудь. Он был бессилен и нервничал все больше и больше, а тут, 
как бы в довершение всех его невзгод, со всех сторон слышалась только что 
сочиненная ребятами 
песенка:
		На березу граф 
Косецкий		Лазал с видом молодецким,
		Долго плакал и рыдал,
		Все кальсоны доставал.

Напрасно Косецкий метался, стараясь отыскать уголок, где можно было бы скрыться,
 везде его встречали желуди и песенка, песенка и желуди.

Он решил наконец отсидеться в воспитательской комнате и помчался туда. Вдруг 
взгляд его приковала стена.

На стене у входа в воспитательскую висел тетрадочный развернутый лист бумаги, 
вверху которого красовалось 
следующее:




Бузовик

Стенная 
газета

Орган бузовиков республики 
Шкид

Экстренный выпуск по 
поводу

косых направлений в 
Шкиде


Дальше замелькали названия: «Граф Косецкий», «Сенсационный роман», «Купание в 
пруду», «Долой графов».

В глазах халдея потемнело. Он сорвал листок с твердым намерением показать его 
Викниксору.

В комнате воспитателей Косецкого ожидал новый сюрприз.

Едва он открыл дверь, как прислоненная к косяку щетка и надетый на нее табурет 
с грохотом обрушились ему на голову.

Косецкий не выдержал. Слезы показались у него на глазах, и, повалившись на 
кровать, он громко зарыдал.

Скоро по Шкиде пронеслась весть: с Косецким истерика.

Янкель и Япошка – редакторы первой шкидской газеты «Бузовик» – приостановили 
работу на половине, не докончив номера.

Настроение сразу упало.

– Косецкий в истерике.

– Что-то 
будет?
Ребята ожидали грозы, но ничуть не боялись ее. Они чувствовали себя правыми.

Явилась Эланлюм.

– Что у вас вышло с Афанасием Владимировиче