| |
д
трупом и рыдал, будто пораженный горем. Воины оказались в растерянности и
недоумении, как им быть дальше. Два дня они оставались без государя и
раздумывали, кого провозгласить правителем, а уже известно было, что на них
идет
парфянский царь Артабан с большим и сильным войском. В конце концов они
остановили свой выбор на Макрине, так как их сильно подговаривали к этому
трибуны. Во всяком случае, Макрин стал императором не столько по расположению и
доверию к нему войска, сколько под влиянием необходимости и момента. Сразу
вслед
за тем началась тяжелая битва с парфянами. Два дня противники сражались с
чрезвычайным упорством и доблестью. На третий день парфяне, имевшие
значительное
превосходство в коннице, попытались окружить римлян, но Макрин приказал
растянуть фалангу в ширину и тем помешал им осуществить свое намеренье. К
вечеру
погибло столько людей и животных, что все поле было покрыто горами трупов.
Между
армиями образовался непроходимый вал из мертвых тел, поэтому, не имея
возможности идти друг на друга, враги разошлись по своим лагерям Тем же вечером
Артабан узнал, что Кара-каллы уже нет в живых, и согласился заключить мир.
Месопотамия осталась за римлянами (Геродиан: 4; 12-15).
Макрин отвел легионы в Анти-охию и отправил письмо в сенат с извещением о своем
избрании. Сенаторы, против ожидания, охотно утвердили волю войска, конечно, не
из расположения к Макрину, а из ненависти к Каракалле. Ошибкой со стороны
Макрина было то, что он не распустил войска и не поспешил сразу в Рим, где бы
его наверняка приняли благожелательно. Но он остался в лагерях и вел роскошный
образ жизни, появляясь перед солдатами разукрашенным большим количеством золота
и драгоценностями. Это в конце концов стало раздражать легионеров. Они все
громче роптали на то, что после тяжелой войны вынуждены жить в лагерях, терпя
всякие лишения, в то время как их полководец проводит жизнь в неге и роскоши.
Макрин еще больше усилил их нерасположение, стараясь суровыми мерами
восстановить воинскую дисциплину.
Весной 218 г. распространилось известие, что финикийские легионы провозгласили
императором юного Гелиогабала, которого его бабка Юлия Меса объявила сыном
Каракаллы. Макрин сначала отнесся к своему противнику с пренебрежением. Сам он
остался в лагере, а в Финикию отправил префекта лагеря Юлиана. Но солдаты убили
его и перешли на сторону Гелиогабала. Встревоженный этой вестью, Макрин собрал
все имеющиеся у него войска и уже сам выступил навстречу мятежникам. Войска
встретились на границе Финикии и Сирии. Сейчас же многие из солдат Макрина
перебежали на сторону врага. В битве, происшедшей 8 июня неподалеку от Антиохии,
Макрин потерпел полное поражение. Еще до окончания сражения он тайком бежал из
императорской палатки, переодевшись в простую дорожную одежду и покрыв голову.
Тяжело больной и изнуренный ездой, он добрался до Халке-дона в Вифинии. Здесь
сторонники Гелиогабала настигли его и обезглавили. Вместе с ним был убит и его
сын (Геродиан: 5; 2, 4).
МАКСЕНЦИЙ, Марк Аврелий Валерий
Римский император в 306-312 гг. Сын Максимилиана. Род. ок. 280 г. Умер 28 окт.
312 г.
Максенций был зятем Галерия, но не получил своей доли во власти, так как
император откровенно недолюбливал его. Всю жизнь прожив вдали от Рима, Галерий
предполагал отдать Италию, словно второстепенную провинцию, под управление
Флавию Северу. Его, а не Максенция, он провозгласил соправителем, сначала с
титулом Цезаря, а потом и Августа. Желанию его не суждено было осуществиться. В
306 г. преторианцы при поддержке римлян восстали против Галерия и провозгласили
императором Максенция. Галерий не сразу признал права зятя В 307 г. он отправил
против него Севера с большим войском, но тот был покинут солдатами и вскоре
лишился жизни. Второй поход на Рим Галерий возглавил лично и тоже не добился
успеха. Поневоле он принужден был согласиться со сложившимся положением.
Победив тестя, Максенций в том же году едва не пострадал от происков
собственного отца Максимилиана Этот властолюбивый старик пытался устроить
заговор против сына, но воины не поддержали его. Таким образом, благодаря
п
|
|
