договор, заложивший фундамент швейцарской государственности, одновременно 
закрепил принцип самостоятельности правовых систем и судебных органов каждого 
из кантонов. Исключение составляли лишь вопросы совместной вооруженной борьбы 
против Габсбургов, а также единообразного уголовного преследования наиболее 
опасных преступлений - убийства, поджога, разбоя. На протяжении последующих 
столетий существования Швейцарского Союза, к которому присоединялись все новые 
кантоны, в отдельных его частях действовали собственные собрания правовых 
обычаев городских и сельских районов (городское и земское право). Неписаное 
обычное право, основные нормы которого оглашались городскими и сельскими 
старейшинами накануне судебных заседаний, со временем стало записываться и даже 
приобретать кодифицированный характер. Например, в кантоне Гларус в 1387 г. 
были записаны конституция и правила судебной процедуры, а в 1448 г. издан 
земский кодекс.
Важным источником права со временем стали совместные акты, принятые всеми или 
большинством кантонов. Например, так называемая Поповская хартия 1370 г. 
провела четкие разграничения между светской и церковной юрисдикцией, а также 
запретила всем проживавшим на территории Швейцарского Союза обращаться к 
иностранным судам с исковыми заявлениями, за исключением некоторых категорий 
брачных и церковных дел, подсудных епископскому суду в Констанце.
Существенным дополнением к местным источникам права нередко служили отдельные 
принципы и нормы римского права, а также "Каролина" - уголовно-судебное 
уложение, изданное в. 1532 г. императором Карлом V. В отношении швейцарских 
наемников, состоявших на иностранной военной службе, "Каролина" была официально 
признана действующим швейцарским уголовным правом, а в 3 кантонах она подлежала 
применению ко всем гражданам.
В период Гельветической республики (1798-1803), провозглашенной на территории Ш.
 после вступления туда французских войск, был издан ряд законодательных актов, 
преследовавших цель создания и укрепления "единого и неделимого" государства. 
Среди них - Уголовный кодекс (УК) Гельветической республики 1799 г., 
составленный по образцу французского УК 1791 г. Он отменил пытки, калечащие и 
другие телесные наказания, а вместо квалифицированных видов смертной казни 
(сожжение, четвертование и т.п.) ввел гильотину. Однако упразднение 
Гельветической республики, превращение Ш. вновь в конфедерацию, а затем (по 
Конституции 1848 г.) в федерацию кантонов привело к созданию такой правовой 
системы, в которой союзное (общефедеральное) законодательство находится в 
достаточно определенных взаимоотношениях с законодательством отдельных кантонов.

С начала XIX в. в Ш. наблюдался процесс постепенного вытеснения устаревших норм 
средневекового обычного права, в том числе и кодифицированного, 
законодательными актами, более соответствующими складывающимся в стране 
капиталистическим отношениям. При этом на протяжении многих десятилетий 
решающая роль в развитии законодательства принадлежала отдельным кантонам, а не 
федеральным органам власти.
Поскольку до 1814 г. Ш. находилась в зависимости от наполеоновской Франции, ее 
законодательство испытало сильное влияние французских законов, прежде всего 
Кодекса Наполеона - УК 1804 г. (это влияние сказывалось и спустя много 
десятилетий после обретения Ш. полной государственной независимости). По его 
образцу были составлены УК в кантонах с франкоязычным населением. Кантоны с 
преобладанием немецкоязычных граждан ориентировались при подготовке проектов 
своих гражданских кодексов на австрийский Гражданский кодекс (ГК) 1811 г. Так 
были составлены, например, достаточно оригинальные гражданские кодексы кантонов 
Берн (1824) и Цюрих (1853), в свою очередь послужившие образцом для кодексов 
ряда других кантонов. Но вместе с тем в нескольких кантонах на протяжении почти 
всего XIX в. нормы обычного права оставались основным источником права, в том 
числе в сфере гражданских и торговых отношений.
Процесс унификации законодательства начался в Ш. по существу лишь с принятием в 
1874 г. Конституции, и в особенности с внесением в нее в 1898 г. поправок, 
предусматривающих расширение полномочий федерации и передачу в ее ведение 
основных вопросов гражданского и практически всех вопросов уголовного права. В 
том же 1874 г. был издан Закон о гражданском состоянии и браке, а в 1881 г. - 
федеральный Обязательственный кодекс, которым регулировался широкий круг 
правовых вопросов, прежде всего относящихся к торговле. Обязательственный 
кодекс, составленный с участием видного швейцарского юриста И. Блюнчли, 
преследовал цель облегчить гражданский оборот между разноязычными кантонами, 
ориентирующимися либо на французское, либо на германское, либо на австрийское 
право. Тенденции к унификации законодательства в масштабе всей страны выявились 
и в проекте общешвейцарского ГК, принятого в 1907 г. Он был подготовлен 
известным швейцарским цивилистом Е. Губером на базе тщательного изучения 
системы и истории гражданского права кантонов с учетом опыта законодательства в 
области гражданского права других европейских государств.
Швейцарский ГК стал заметной вехой в истории буржуазного гражданского права. В 
некоторых странах, например в Турции, он служил образцом при подготовке реформы 
национального законодательства. Этому в немалой степени способствовали простота 
и четкость формулировок кодекса, поскольку он был составлен в расчете на 
понимание не только юристами, но и обычными гражданами (а также 
непрофессиональными судьями). К тому же кодекс подлежал переводу и изданию на 
всех трех "официальных" языках - немецком, французском и итальянском.
ГК вступил в силу лишь с 1912г., поскольку с его принятием потребовалось внести 
немало изменений в законодательство как федерации,так и кантонов, в каждом из 
которых были изданы довольно пространные законы о введении кодекса в действие.В