композитор сел за рояль, его аккомпанемент
вдохновил Л" и концерт закончился триумфом
певца.

Репертуар Л. значительно расширился. Кро-
ме Строка, для него стал писать бывший петер-
буржец М.Марьяновский (автор песен <Татья-
на, помнишь дни золотые...>, <Марфуша>, <Бли-
ны> и др.). Л. продолжал петь в небольших по-
мещениях, попытки выступить в филармониче-
ских залах заканчивались неудачей, в них го-
лос певца <терялся>. Л. выступал в бухарест-
ских барах <Волна>, <Подкова>, в Риге, в том
числе в летних ресторанах на взморье, где бы-
ло много русскоязычной публики. Здесь его ус-
лышали два деловых англичанина, уговоривших
английскую фирму пригласить Л. в Лондон
(1933) для участия в великосветском рауте,
где среди гостей был русский князь Ф.Юсупов.
Пение Л. имело такой успех, что немедленно
последовали выступления на английском радио.
Через год он получил новое приглашение в
Лондон в престижные рестораны <Трокадеро>,
<Савой>, <Палладиум>. Пришла европейская
известность, Л. разъезжал с концертами по
разным странам, записывался на пластинки
фирмами ,  и др. Не-
смотря на <железный занавес>, напетые Л. пла-
стинки получали распространение в России
(песни Строка <Скажите, почему...>, <Синяя
рапсодия> и др., а также песни, написанные са-
мим артистом - <Вернулась снова ты>, <Давай
простимся>, <Не уходи> и др.). Л. все чаще вы-
ступал автором своих песен, в иных случаях -
только текстов. Так, фокстрот <Андрюша> (сло-
ва Л" муз. Белостоцкого) с едва переделанным
текстом вошел в репертуар К.Шульженко, стал
шлягером конца 30-х. Песня с ее удалью и оп-
тимизмом считалась характерной для <устрем-
ленной в будущее> советской молодежи. В то
же время сам Л. с его популярнейшим танго
<Черные глаза> (муз. Строка) именовался не
иначе как <буржуазной отрыжкой>. <Черные
глаза> дали название соответствующей рубри-
ке в журнале <Крокодил>.

Л. умел оживить банальную мелодию, вдох-
нуть в примитивный текст подлинную грусть,
нежность, веселость, лукавство. Его простые,
непритязательные песни, легко запоминающие-
ся, не претендовали на изысканность. Так, од-
ной из популярных его песен был знаменитый
<Чубчик кучерявый> (автор неизвестен); испол-
нял он и частушки собственного сочинения
<Праздник в деревне>, <Тпру-ты, ну-ты>,
<Трынцы-брынцы>. Выходец из <низов>, Л. пес-
нями, размноженными миллионными записями,
обращался к этим <низам>.

В конце 30-х, когда новая мировая война
была уже неизбежной, в Румынии русский
язык был официально под запретом. Однако Л.
продолжал петь только по-русски. В Белграде
записал на пластинку <Широка страна моя род-
ная> И.Дунаевского, лишь заменив в тексте
<всенародный сталинский закон> на <всенарод-
ный, строгий всем закон>. Пел украинские на-
родные песни <Кари очи> и др., романсы
Б.Прозоровского - <Караван>, <Стаканчики
граненые>, Б.Фомина - <Эй, друг, гитара>,
Дм.Покрасса. Открыл собственный, прекрасно
оформленный ресторан <Петр Лещенко> в цен-
тре Бухареста. В программе - оркестр под ру-
ководством композитора Жоржа Ипсиланти,
русские и др. танцы в исполнении <трио Ле-
щенко> (две его сестры и жена), небольшой
хор и три солистки, в их числе А.Баянова, жена
Ипсиланти, После полуночи Л. пел и играл на
гитаре, в это время посетителям есть и пить
строго запрещалось.