переполненном зале. <Вспоминаю человека, -
писал о тех годах Е.Мравинский, - чем-то по-
хожего одновременно и на Вагнера и на Напо-
леона, наделенного ярким талантом, неиссякае-
мой энергией, громадной волей. Это был Эмиль
Купер>. Но выдающемуся дирижеру пришлось
взвалить на свои плечи не только музыкальные
заботы. Отстранив неумелых организаторов, он
сам ездил на грузовом суденышке за картош-
кой и дровами для артистов театра, <выбивал>
паровые котлы и новые трубы для отопления
видавшего виды концертного зала филармонии
(быв. Дворянского собрания), разрешал беско-
нечные финансовые затруднения. При этом го-
товил великолепные спектакли и концерты.
Весной 1923 музыкальный Петроград торже-
ственно отмечал 25-летие дирижерской дея-
тельности К. К этой дате были приурочены пре-
мьера <Тангейзера> Вагнера в опере и концерт
из произведения Скрябина в филармонии. За
четверть века служения музыкальной России
К. стал одним из выдающихся дирижеров свое-
го времени. Однако чрезмерные нагрузки непо-
мерно изматывали дирижера; в <Автобиогра-
фии> он писал: <Как перед этим в Москве, я и
в Петрограде не нашел никакого отдыха. Нао-
борот, потребовалось еще больше внимания к
моим обязанностям, еще больше ответственно-
сти, а материальные условия жизни с каждым
днем становились все хуже и хуже...> К. было
уже под 50, а нормальную обстановку для
творчества он мог создать себе лишь во франк-
фурте-на-Майне, где в 1922 выступал с Шаля-
пиным, или в Берлине, где исполнял музыку
Чайковского во время зарубежной поездки на
лечение.

Дав свой последний концерт из произведе-
ний Вагнера и получив разрешение на полуго-
довой отпуск, К. в мае 1924 выехал на гаст-
роли в Буэнос-Айрес, где дирижировал спек-
таклями <Бориса Годунова> (театр ) и
симфоническими концертами (первое исполне-
ние в стране <Поэмы экстаза> Скрябина). По-
сле успешных выступлений в Аргентине К. пе-
ребрался в Европу и принял решение больше
не возвращаться в Россию. Благодаря неоспо-
римому дирижерскому таланту, высокой куль-
туре, свободному владению французским и не-
мецким языками К. органично <вписался> в му-
зыкальную жизнь Запада, был поддержан в ар-
тистических кругах многих стран. Он стал
главным дирижером Королевского театра в
Мадриде (<Реал>) в сезоне 1924/25, театра
<Сан-Карлуш> в Лиссабоне в сезоне 1925/26.
В Париже на сцене  под его уп-
равлением 6.7.1926 состоялось концертное
исполнение оперы <Сказание о невидимом гра-
де Китеже> силами <Частной русской оперы
А.Церетели>. Премьера прошла с большим ус-
пехом. К. был также музыкальным руководи-
телем постановки оперы <Золотой петушок>,
показанной вскоре в Виши. В 1926-28 К. за-
нимал пост главного дирижера Латвийской На-
циональной оперы в Риге, ставил оперы Рим-
ского-Корсакова (<Сказка о царе Салтане>,
<Садко>, <Золотой петушок>, <Сказание о не-
видимом граде Китеже>), Мусоргского (<Хо-
ванщина>), а также <Валькирию> Вагнера,
<Джоконду> А.Понкьелли, <Отелло> Верди и
др. Выступая как организатор, наставник, К.
вывел театр в число высокопрофессиональных
оперных коллективов. В 1929 К. сотрудничал
с труппой <Русской оперы> (антреприза М.Куз-
нецовой), поставив 4 оперы, имевшие выдаю-
щийся успех: <Сказку о царе Салтане>, <Ска-
зание о невидимом граде Китеже>, <Снегуроч-
ку>, <Князя Игоря>. В 1929-32 К. дирижиро-
вал в Чикагской городской опере, гастролиро-
вал с этой труппой и самостоятельно в Босто-